На такси мы быстро добрались до квартиры Лувеля в самом центре Двадцатого округа, неподалеку от конторы СфИнКса. Большая трехкомнатная квартира выглядела почти пустой. Голые белые стены, очень мало мебели — только самое необходимое, все выдержано в строгом элегантном стиле, напоминающем шикарные квартиры хай-тек в небоскребах Токио. Великолепный паркет светлого дерева усиливал впечатление покоя и ясности. Посреди гостиной стоял телевизор, большой черный кожаный диван и круглый стол. Выглядело это так, будто Лувель на самом деле здесь не жил. Наверняка он большую часть времени проводил в конторе СфИнКса.

— Что-нибудь выпьете? — предложил он, вешая плащ в прихожей.

— Нет. Я действительно устал… Думаю, мне лучше лечь.

— Вы правы.

— Я хотел бы поблагодарить вас, Дамьен…

— Не за что.

— Напротив. Вы ведь знаете, я переживаю очень трудный период. Порой мне еще приходит в голову: а реально ли все это?

— Понимаю. Это естественно. То, что случилось с вами, действительно… немыслимо. Но уверяю вас, к несчастью, все это вполне реально.

— В любом случае, ваша помощь для меня бесценна. Не уверен, что понимаю, почему вы это делаете, но я вам благодарен…

Лувель загадочно улыбнулся. Казалось, ему нравилось окружать себя некой таинственностью.

— Мы с Люси сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь вам, Виго. Уверен, мы скоро найдем истину. Но пока идемте спать. В ближайшие дни нам предстоит много работы…

Я согласился. Дамьен устроил меня в гостевой комнате, и я без труда уснул.

Добиться в тот же день встречи с кем-нибудь из руководства ЦОТД оказалось куда труднее, чем мы рассчитывали. Главным образом потому, что учреждение, отвечавшее за благоустройство Дефанс, еще не оправилось после теракта 8 августа. К тому же часть его отделов располагалась в офисах башни КЕВС. По правде говоря, большинство сотрудников ЦОТД погибли во время теракта, и у руководителей этого учреждения, с которыми нам наконец удалось связаться, окончательно сдали нервы.

И все же после доброй дюжины звонков и благодаря силе убеждения Лувель смог уговорить директора по связям с общественностью принять нас в середине дня. Прошло больше двух недель после теракта, и ЦОТД стремился улучшить имидж делового центра — после такой катастрофы приходилось не только срочно восстанавливать атмосферу доверия и безопасности в Дефанс, но и, прежде всего, привлекать новых инвесторов, чтобы обеспечить его будущее. Несмотря на чрезвычайное положение, ЦОТД был исполнен решимости не раздражать журналистов понапрасну.

И поэтому некий месье Моррен ждал нас в Нантере, на бульваре Суффло, в офисе, который был временно предоставлен его отделу генеральным советом департамента О-де-Сен.

Марк — скептик-обжора из СфИнКса, который все еще посматривал на меня с сомнением, — сделал для нас поддельные журналистские удостоверения: в моем стояло то же имя, что и в новых документах. Месье Моррен заинтересовался целью нашего расследования куда больше, чем майор Берже, и Лувелю пришлось объяснить, что мы собираем материал для документального фильма, который, возможно, будут снимать для канала «Франс-2»… Это его более-менее убедило.

Входя в офис генерального совета, я чувствовал себя не слишком уверенно. Как-никак за мою поимку все еще была назначена награда, и меня разыскивали по всей Франции. Вдобавок к бритой голове я нацепил очки: Лувель утверждал, что они сильно меняют мою внешность. Не настолько, чтобы ни о чем те беспокоиться, но достаточно, чтобы пойти с ним.

Месье Моррен — лет сорока, с любезной улыбкой, в элегантном костюме, — тепло встретил нас в своем кабинете и начал с подробного описания ЦОТД. Мы изобразили горячий интерес.

— Безусловно, вам известно, что основная функция ЦОТД заключается в обустройстве 160 гектаров района Дефанс по поручению государства или местных коммун.

— Это, конечно, неподъемный труд.

— В самом деле. Как вы знаете, это крупнейший в Европе деловой квартал. В нашем ведении все, что связано с обустройством территорий, инфраструктурой и выдачей разрешений на строительство в районе Дефанс. Но этим наша роль не ограничивается. В сущности, мы занимаемся также повседневной жизнью квартала и проведением всех мероприятий. Вы понимаете, что теракт 8 августа вызвал у нас… серьезный кризис и сегодня мы столкнулись с проблемами, о которых прежде не имели представления…

— Охотно вам верю, — ответил Лувель сочувственно. — Я вообще удивлен тем, что ЦОТД продолжает работать, хотя ваши офисы располагались в самой башне.

— Теракт унес жизни многих наших сотрудников. Мой отдел сидел в башне, и то, что я вас сегодня принимаю, уже чудо… Но выбора у нас нет. Предстоит огромная работа. Уже готовятся проекты реконструкции. Так что вы должны понять, что я не смогу уделить вам много времени…

В его голосе чувствовалось неподдельное волнение, и я подумал, что это человек не робкого десятка, раз смог вернуться к своей работе вскоре после теракта.