Открыв противоположную дверцу, Кларисса выскочила из экипажа и с криком бросилась к своему спутнику, а когда тот, перепачканный и разозленный, поднялся на ноги, в ужасе уставилась на Антуана из-за плеча юнца в пестрой куртке.

Видно, в этой жизни, в этом времени Кларисса успела полюбить другого… Хотя разве полюбить? Этот желторотик вряд ли мог заслужить любовь такой девушки, как Кларисса. Сам Антуан не видел в нем ничего примечательного: слишком молодой, щуплый, избалованный родительским богатством… Но ужас в глазах девушки заставил его отступить.

— Ты с ним не поедешь, — предупредил Антуан.

Кларисса лишь крепче вцепилась в плечо парня.

— Если ты останешься, я его отпущу, — пообещал Антуан Робер, скрепя сердце.

Девушка сомневалась, но спутник подтолкнул ее в направлении дверей дома, и Кларисса, часто оборачиваясь, наконец, спряталась в здании. Парень же, косясь на неожиданного соперника, забрался в свой экипаж, который резко рванул с места, тут же скрывшись за углом соседнего дома.

Антуан снова сел на слегка влажную после дневного дождя лавку. Все происходящее было настолько сложным и неожиданным, что мужчине понадобилось время для раздумья. Страх, даже ужас в глазах Клариссы поразил его до глубины души, к тому же девушка явно отдавала предпочтение этому молокососу… Нет, грубая сила здесь бы не помогла, оставалось одно — ждать. И надеяться, что наступит момент, когда можно будет поговорить с Клариссой, все ей объяснить, напомнить, а пока придется караулить возле ее дома, чтобы ни один ухажер, с экипажем или без, не смог похитить любимую.

— Представляешь! Он набросился на Игоря, чуть не избил! Ужас! Я позвоню в милицию, слышишь? Это точно маньяк, я тебе говорю…

Нина долго выслушивала сбивчивый рассказ Татьяны, не перебивая. Она знала, что подруга в милицию не позвонит — то ли постесняется, то ли побоится. А виновник сегодняшних странных происшествий все так же сидел на лавке перед подъездом Таниного дома, и Нине хорошо было видно его примечательную фигуру в желтом свете уличного фонаря.

Ночью Анутан, несмотря на усталость, лишь слегка задремал, да и то ближе к рассвету. Отойти от дома Клариссы он опасался — вдруг да уйдет с этим юнцом? Странные нравы у здешних, если молодой девушке позволяется ездить без надлежащего сопровождения в обществе представителя противоположного пола.

Утром чувство голода напомнило о том, что вот уже сутки граф де Ковиньи ничего не ел. Неподалеку во дворе находился ларек со свежей сдобой, но местных денег у Антуана Робера все равно не было, как, впрочем, и любых других — все ценное он отдал колдуну, ничего не утаив. Боялся спрятать даже монетку — вдруг обман разрушит призрачную, но единственную оставшуюся в его жизни надежду?

Де Ковиньи прошелся по двору, не теряя из вида двери дома, где теперь жила его Кларисса, немного размял плечи и спину, и снова уселся на лавку в ожидании.

День, когда умерла его молодая жена, была самым страшным в жизни новоявленного графа. Хрупкая от природы, она часто болела, и хотя муж старался оградить ее от любой опасности, внезапно простудилась и сгорела за три дня. Антуан долго не отпускал остывающее тело, долго не соглашался на похороны, пока не понял, что сходит с ума. Тогда-то родственникам Клариссы удалось уговорить его предать тело молодой графини земле.

На похоронах Антуан был тих, ни с кем не разговаривал, принимая слова соболезнования молчаливым кивком. Родные и знакомые разошлись вскоре, а он остался у свежей могилы до следующего утра, и просидел бы там еще дольше, если б старый слуга, вышедший разыскивать хозяина, не утащил его, безвольного, в замок.

Сначала граф заперся в своих комнатах, отказываясь и от пищи, и от общества, а через два дня потребовал принести выпивку. Месяц прошел как одна длинная беспросветная ночь — говорят, бывают такие ночи, длящиеся по полгода… Но бывший полководец не успел окончательно потерять человеческий облик, потому что однажды в его замке появился колдун…

Кларисса все еще была здесь, в высоком каменном доме. Пряталась от него. От этой мысли Антуану становилось тоскливо. Жена должна была узнать его с первого взгляда, так же, как он ее. А вышло иначе.

— Все еще сидит? — осведомилась Нина у подруги, хотя сама прекрасно видела вчерашнего незнакомца из окна.

— Сидит, Ниночка, сидит, — вздохнула Таня. — Не знаю, что делать. Может, вызвать скорую помощь? Он же сумасшедший, вот пусть и забирают в психушку!

— Что же твой каратист его вчера не отметелил? — ехидно поинтересовалась рыжая.

— Дзюдоист, — привычно поправила Таня.

— Тем более.

— Что значит "тем более"? — обиделась девушка за своего ухажера. — Ты же видела, какой он огромный! Как медведь!

Нина только хмыкнула, не желая спорить с подругой.

— Ладно, говори, что тебе купить надо. Постараюсь мимо него пробраться…

— Ой, Нина, а ты не боишься? — раздался в телефонной трубке взволнованный голос Тани. — Вдруг он на тебя нападет?