— Ну, как твои дела?

Вопрос брата насторожил Райли. Он захлопнул дверцу холодильника, из которого только что достал две бутылки пива. Ясно, что Шейн не случайно интересуется его делами. С того самого момента, как брат появился перед ним, Райли понял, что сегодня ему не уйти от ответа, хотя Шейн утверждал, что просто проезжал мимо и решил заскочить в гости.

У меня все в порядке, — заученно ответил Райли и поставил пиво на черную гранитную стойку.

Правда? — не поверил Шейн.

Правда. Мне повезло, что моим делом занимается лучший прокурор в Аризоне.

Он имел в виду Синтию, новую невесту Шейна. При ее упоминании темные глаза Шейна заблестели, но он не успокоился.

Странно: если у тебя все в порядке, почему ты так плохо выглядишь?

Большое спасибо, — съязвил Райли.

Прости, Рай, но это правда. И если бы я ставил диагноз, я сказал бы, что ты плохо спишь в последнее время.

Ну, так что? — Райли с шумом сорвал пробки с пивных бутылок, обошел кухонную стойку и поставил перед братом пиво. Шейн удобно устроился на большом кремовом диване из мягкой кожи, — Я вовсе не обязан отчитываться перед тобой. — Райли уселся в огромное, обитое парчой кресло и отхлебнул пива. — У меня достаточно причин, чтобы потерять сон. Ты же знаешь, какие у меня проблемы с правосудием.

Вот как? — Шейн не собирался отставать. — Именно поэтому на прошлой неделе ты завалил Анджелику Додд цветами? «Парад роз» мог бы украсить ими целую карнавальную платформу.

Откуда ты знаешь? — Райли нахмурился.

Я врач, у меня много пациентов, а пациенты любят поговорить.

Но им не следует сплетничать, а тебе не стоит слушать их сплетни.

— А что я, по-твоему, должен делать? — Шейн был по-прежнему невозмутим. — Ты мой брат, я беспокоюсь о тебе. Разумеется, я слушаю все, что мне говорят.

Райли смутился, раздражение сменилось досадой. Шейн был его братом. Он всегда так заботился о нем, был так деликатен, так терпелив.

О себе Райли не мог сказать ничего подобного.

Вообще с самого детства они с Шейном резко отличались друг от друга. У них были разные игры. Когда Шейн с удовольствием возился со своими манишками и лошадками, Райли вытряхивал кухонные ящики, пил шампунь, разбирал детский манеж, вываливался из окон.

Школьные дневники Шейна всегда были полны отличных оценок и восторженных отзывов о поведении. Райли не поднимался выше троек и четверок, и его дневники были испещрены ядовитыми замечаниями учителей.

Уже подростком Шейн знал, что хочет стать врачом. Он был гордостью школы и увлекался изучением американской культуры. Райли воевал со всеми предметами, кроме математики. У него с опозданием обнаружили дислексию — болезнь, из-за которой ребенок не может складывать слоги в слова. Еще хуже — по крайней мере, так считали его родители — было то, что он совершенно не старался. Его интересовали только девочки.

Оглядываясь назад, Райли не мог понять, каким образом им с Шейном, несмотря ни на что, удавалось оставаться хорошими друзьями. Ведь даже внешне они мало походили друг на друга, только волосы были одинаковыми — иссиня-черными. Во всем остальном они были абсолютно разными. Шейн унаследовал черты индейцев папагуа — были среди предков Форчеснов и такие. Райли же пошел в английских предков по материнской линии. И, тем не менее, братьев связывали тридцать два года тесной дружбы.

Райли, — тихий голос брата прервал ход его мыслей, — ты не ответил на мой вопрос.

Райли бросил на него растерянный взгляд. Шейн вздохнул.

У тебя с Анджеликой Додд что-то серьезное?

Райли помедлил с ответом, но всего лишь секунду.

Слушай, я думаю, будет лучше, если остальные члены семьи пока не будут знать об этом. Но ты прав — мы собираемся пожениться.

Что? — От неожиданности Шейн даже раскрыл рот, но тут же справился с собой. — Извини, я ничего плохого не имел в виду, — промямлил он, — это… это… великолепно.

Забудь о дипломатии. Она беременна, — прервал его Райли.

Да как же, черт возьми, такое могло случиться?

Райли покачал головой, изображая возмущение.

И это спрашивает врач? Подумай сам.

Я совсем не это имел в виду, ты прекрасно понимаешь. Но ты же всегда был так осторожен с женщинами, так непреклонен… и не давал никому ни единого шанса. Я был уверен, что уж с тобой-то этого никогда не случится.

Райли пожал плечами — он тоже так думал. А еще он думал, что никогда не будет испытывать к женщине то, что испытал в ту ночь: нежность, желание заботиться, быть причастным к ее жизни. Это было так не похоже на него.

Но затем случилось несчастье с Майком, и все пошло совсем не так, как ожидал Райли. Всю жизнь Шейн, а не Райли, был основательным и надежным человеком, поэтому неудивительно, что Райли был, застигнут врасплох, когда Анджелика обратилась к нему за помощью и поддержкой. Она нуждалась в нем, как корабль, застигнутый штормом, нуждается в пристани.

И ему это нравилось.

К тому же после всего случившегося она была так одиноки, а ему не стоило большого труда сделать для нее несколько несложных вещей. А как она была ему благодарна! Она ничего не говорила, но взгляд был красноречивее всяких слов, и Райли чувствовал себя рыцарем в сияющих доспехах.