В это время заиграл его мобильный телефон, он посмотрел на номер вызывающего его абонента, извинился и отошел подальше, чтобы поговорить. Ольга Сергеевна и Яна не слышали разговор, но видели, что юноша говорил с кем-то очень эмоционально. Вернулся он довольным и почти счастливым.

— С кем это ты так эмоционально разговаривал? — поинтересовалась Ольга Сергеевна.

— С отцом, — ответил тот.

— А чего так сияешь? — поинтересовалась Яна.

— Я всегда рад, когда лишний раз убеждаюсь, какой умный руководитель мой отец, — произнес юноша с хитрой улыбкой.

— Новомир Павлович, как хорошо, что вы здесь, — обратилась к нему подошедшая женщина, лет пятидесяти. — Зайдите, пожалуйста, в бухгалтерию, там надо срочно документы подписать.

Мирик извинился перед ними, сказал, что вернется минут через 10, и ушел вместе с женщиной. Заинтригованная таким почтительным обращением к однокласснику, Яна подошла к мастеру, ремонтирующему мамину машину.

— Извините, пожалуйста, — обратилась она к нему, — скажите, а кто здесь этот молодой человек, который нас привез? Почему к нему все по имени, отчеству обращаются?

— А как ты к своему директору школы обращаешься? — с хитрым прищуром глаз, ответил ей мужчина. — Так и мы к своему.

— Так эта станция автосервиса, наверное, принадлежит его отцу, какой же он директор, он еще ученик в лицее.

— В лицее он, может, и ученик, а у нас директор. И станция эта принадлежит именно ему. А что ты так заинтересовалась? Влюбилась в него? — с усмешкой спросил тот.

— С чего это вы взяли, что влюбилась? — несколько возмущенно ответила Яна. — Просто Мирка мой одноклассник.

— Да не обижайся, дочка, — продолжая по-доброму улыбаться, сказал мастер. — В нашего Мирочку не грех влюбиться. Вот такой парень, — произнес он, поднимая большой палец руки вверх. — Рукастый и головастый, но не по годам строгий, — добавил он. — Все, готова ваша машина, зови маму.

Янка махнула рукой, и Ольга Сергеевна подошла к ним. Мирик еще не вернулся.

— Сколько я вам должна? — поинтересовалась женщина, доставая кошелек.

— Бог с вами, дамочка, — усмехнулся мастер. — У нас оплата строго только через кассу. Вон директор идет, у него и спросите.

— Мирик, — обратилась учительница к своему ученику, — где у вас касса, куда мне деньги платить?

— Да не позорьте вы "мои седины", Ольга Сергеевна, — очаровательно улыбаясь, ответил Милорадов. — Присаживайтесь, — сказал он, открывая перед ней дверцу.

— Слушай, а, может быть, надо было все-таки Василию Петровичу заплатить? Он же свое время затратил, — сказала она, когда уже выехали с территории станции.

— Вот так клиенты сами развращают мастеров, предлагая им деньги прямо в руки. Кстати, Петрович, милая Ольга Сергеевна, зарабатывает во много раз больше, чем вы, — с усмешкой сообщил паренек. — А оплата за ремонт во всех подразделениях моего отца осуществляется исключительно через кассу. Это его жесткий принцип.

— Мирка, — вновь весьма язвительно заметила девушка, — так ты у нас оказывается богатенький Буратино, свое предприятие имеешь. Я теперь тебя только Новомиром Павловичем называть буду.

— Договорились, — усмехнулся тот, — а я тебя Яной Валерьевной.

— Мирка, а почему этот автосервис "Белочка" называется? — поинтересовалась девушка.

— У папы моего спроси, — с усмешкой ответил парень, — откуда я знаю.

— Мира, куда ты повернул-то? — спросила Ольга Сергеевна. — Нам же прямо ехать надо.

— Мы сейчас едем в "Радугу", где вам вернут деньги за брак в работе, — ответил юноша.

— Ой, да не надо никуда ездить. — возразила она, — Бог с ними с этими деньгами. Лишь бы у меня автомобиль был на ходу.

— Нет, Ольга Сергеевна, во-первых, деньги счет любят, а во-вторых, мастер, который допустил брак, должен нести ответственность за свою работу, и будет наказан материально. Пусть не позорит репутацию фирмы, — решительно заявил Мирик.

— Это тоже твоя мастерская? — спросила Ольга.

— Нет, это автосервис моего папы. Вот, если вы поделитесь со своими знакомыми о плохом ремонте, то в эту мастерскую они обращаться не станут. Поэтому, когда я с отцом переговорил, он позвонил в бухгалтерию и распорядился вернуть вам деньги полностью.

— Уж больно ты строг, Мирик. Каждый человек может допустить ошибку.

— Его же никто не собирается увольнять, — возразил тот. — Кирилл, делавший вам ремонт, очень опытный мастер, и оплошность, которую он допустил, это элементарная лень заглянуть туда, что не указано в перечне работ.