Следовало бы поправить крышу, починить крыльцо и дверь, установить генератор. Из дома валил пар, Наташа нагрела воды и устроила генеральную уборку, мусор в дверной проем вылетал непрерывно. Придется запалить костер во дворе. Работы накопилось столько, что к вечеру, что сил хватило лишь пожевать бутербродов с чаем и добрести до постели. Маша, как ни странно, прониклась серьезностью момента и не ныла.

На следующее утро Светлан все еще возился с движком генератора, техника почему-то упорно не желала заводиться. Он настолько увлекся, что не услышал легких шагов за спиной и потому вздрогнул от звонкого голоса дочери:

— Папа, к тебе дядя Иван пришел!

Чертыхнувшись, Светлан обернулся. Рядом с Машкой стоял высокий плотный мужчина, одетый в джинсы и легкую куртку. Обманчиво-грузный, бородатый, слегка похожий на медведя лесовик казался по сравнению с одетой в городское платье девочкой выходцем из другого мира, равнодушного к благам цивилизации. Он широко улыбался, точнее говоря, скалился, глядя на покрасневшего Светлана.

— Что, совсем нюх потерял? Топота не заметил?

— Увлекся я. Здравствуй, дядя Иван.

— Угу, увлекся. Говорил я тебе, уезжай из города, добром дело не кончится, — старший мужчина перестал улыбаться и покосился на ребенка. Машка с восхищением разглядывала широкий нож, висящий у него на поясе.

— Маша, скажи маме, пусть обед на четверых готовит.

— Ага.

— Прямо сейчас.

— Ладно.

Светлан проводил взглядом умчавшуюся дочь и обернулся к присевшему на бревно Ивану. Тот морщил нос, разглядывая разложенные на газетке детали.

— Ну и вонища. Как ты можешь все время городе жить, не понимаю.

— Дело привычки. Прости, что приехал, не предупредив.

— Когда б ты успел? Арман сказал, ты в последнюю минуту удрал.

— Он знает?

— Конечно знает, — хмыкнул старший. — Ты ж в нашей песочнице величина. Позвонил бы ему, никуда ехать не пришлось.

— Сам справлюсь, — Светлан упрямо наклонил голову. Его собеседник еще раз хмыкнул.

— Ну да, ну да. Ты ж у нас самостоятельный. Родне весточек не передаешь, на охоту один ходишь. Твой дед мне звонил, спрашивал, собираешься ты возвращаться или нет. Поговори с ним, старик зла в сердце не держит.

— Правда? Я когда уходил, он мне много чего сказал.

— Так и выслушал немало, — в открытую рассмеялся Иван. — Любит он тебя. И ценит. Глотки рвать дело нехитрое, каждый может, иное дело головой работать. Деду твоему немного осталось, скоро уйдет. Потому и хочет тебя вернуть, что среди молодых никто другой думать, как ты, не умеет, и норов свой в узде держать не привычны.

— Ты еще скажи, он меня вожаком назначит, наследником своим, — фыркнул Светлан.

И сразу полетел на землю от практически незаметной оплеухи. Иван навис над ним разъяренным зверем, в хриплом голосе появились рычащие нотки:

— Дурак! Совсем забыл, среди добычи живя, нельзя вожака назначить! Вожаками становятся! Сами!

Светлан мрачно, исподлобья смотрел на бушующего исполина, но молчал. Сказать что-либо в ответ, не рискуя нарваться на еще одну оплеуху, ему было нечего. Впрочем, Иван быстро угомонился, вернулся на насиженное место и уже оттуда приказал:

— Родню забывать нельзя. Не хочешь возвращаться, дело твое, никто неволить не станет. Но весточку о себе подай, а лучше — сам съезди, в ноги поклонись. Жена знает?

— Нет.

— Это верно, это правильно. Ни к чему ей знать. Пошли обедать, зовут уже.

Иван ел с удовольствием, громко нахваливая хозяйку и сваренный ею борщ. Жена и ребенок с восторгом наблюдали за колоритным персонажем, оказавшимся, в придачу ко всему, еще и дальним родственником.

— Светлан не рассказывал, что у него здесь родня.

— Да он с семьей разругался, — охотно поведал лесовик, разгрызая вытащенную из борща кость крепкими белыми зубами. При этом он лукаво поглядывал на младшего родственника, не забывая делиться сплетнями. — Плюнул в душу отцу с матерью и ушел на вольные хлеба. Не один, там целая стая собралась. Пошлялись по Руси, клочья шерсти теряя, да и разбежались кто куда. Муж твой здесь осел, вроде и рядом, а носа не кажет. Мог бы и навестить старика!

— Вы не выглядите старым, — улыбнулась Наташа.

— Куда уж мне, милая! Дряхлею потихоньку. Вот будь твой муженек посговорчивее, серьезные дела могли бы замутить, одному-то мне не с руки.

— Скажешь, я малого добился?! — яростно выщерился Светлан.

— Добился ты, в общем, немалого, — хладнокровно кивнул старший. Наташа с удивлением увидела, как ее муж опустил глаза под прямым взглядом Ивана. — Вот только не совсем там, где нужно. Хотя, конечно, опыт приобрел, тоже дело хорошее. С другой стороны, потому и бежал сначала из города, а теперь и отсюда бежать придется, причем прямо сейчас.