Затем меня повели на еще один сеанс избиения, – говорится далее в свидетельстве этого заключенного, и варварски избивали, пока я не свалился на пол», и тогда, «осыпая меня самыми грязными оскорблениями, мне засунули в задний проход ручку.

…Все ночи я спал в наручниках, сидя на стуле, и ежеминутно меня будили, говорили, что сейчас опять начнут пытать, и били, чтобы помешать мне уснуть».

Альваро Сентурион.Также арестован в Мендосе в тот же день. Он пишет; «Они постоянно развлекались своими скотскими выдумками. Обжигали мне пальцы сигаретами и угрожали убить, говорили, что сбросят с обрыва, позаботившись о том, чтобы меня не могли узнать».

Карлос Гидо Стеканелья . Арестован при тех же обстоятельствах, пытали его в местной полиции, а потом, по его свидетельству, его подвергли истязаниям полицейские из местного отделения Федеральной полиции. Как он рассказывает, они его раздели и уложили на койку. «Затем, обернув мне запястья и щиколотки мягкой тканью, чтобы не осталось следов, начали допрос с того, что спросили, били ли меня мендосские полицейские. Я ответил, что били, они засмеялись и сказали, что „те, в Мендосе, грубияны, а мы действуем умнее, no-научному"». Далее он говорит: «Пикану мне прикладывали к мошонке, под мышки и к соскам; засовывали ее также в задний проход, приговаривая, „мы тебя вылечим от геморроя“. Чтобы не было слышно криков, запускали проигрыватель, крепко зажимали мне рот руками и даже затыкали ноздри; это было настолько невыносимо, что я даже разорвал путы… Все это время непрестанных пыток, целых пять дней, нас не кормили».

Роберто Лен. Арестован 4 ноября 1970 года. Он рассказал, что «они начали допрашивать меня с угрозами и бранью, связали мне руки и ноги, вытянув их и раздвинув. В начале допроса они отзывались отрицательно о роли правосудия и заявляли, что моя судьба зависит от них». Затем стали пытать пиканой.

Мануэль Альберто Гонсалес. Арестован 6 сентября 1971 года после побега из тюрьмы в Вилья-Уркиса в провинции Тукуман. Его привезли в Главное полицейское управление провинции и заставили пройти между двумя шеренгами полицейских, которые его жестоко избили, и потом его избивали несколько раз и лишали пищи. Он утверждает, что «только много спустя с меня сняли наручники и путы, и лишь недавно начали нам давать еду и нормально заваренный мате. Однажды я почувствовал привкус мочи – видно, солдаты отливали в мате».

Атос Марианн. Он рассказывает, что его раздели и привязали к койке. «Мне надели кольцо на большой палец ноги, затем стали водить по телу чем-то вроде скребка или проволочной щетки, особенно по животу, лобку и губам, затем по половым органам и соскам.

В какие-то моменты мне казалось, что я вот-вот задохнусь. Потом меня заставили глотать какие-то белые пилюли из коричневой коробочки сантиметров пять высотой с алюминиевой крышкой. Видимо, это делалось для того, чтобы предотвратить электролиз, по которому могли бы обнаружить в анализах следы применения пиканы».

Карлос Делья Наве. Арестован 16 марта 1970 года. Обвинен в причастности к похищению парагвайского консула Вальдемара Санчеса. Сразу после ареста, который производили восемь человек, обнаруживших его в бараке в Лухане, на него надели наручники и подвергли пытке пиканой, подключенной к автомобильному аккумулятору.

В этом же автомобиле его заставили лечь на пол рядом с другим человеком – оказалось, что то был Франсиско Паэс, каменщик, который ремонтировал барак.

«Примерно после часа езды, – пишет он в своем свидетельстве, – нас доставили в довольно большое здание, где были ряды маленьких камер. Через несколько минут меня привели в ярко освещенную комнату, раздели и уложили на койку.

Там меня снова мучили пиканой, меж тем как некий тип объяснял спокойным тоном, что лучше бы мне заговорить, потому что в конце концов все раскалываются. Думаю, что это продолжалось около часа. Потом меня отвели в камеру, там я почувствовал, что левая рука у меня парализована. Я принялся кричать, звать кого-нибудь. Долго никто не отвечал, но вот дверь открылась, и меня снова уложили на койку.