— Все здесь, — переводя дух, доложил он.

— Отлично, — сказала Фрида, не отрывая взгляда от сов. Они все еще парили высоко в небе, описывая огромные круги.

Вдруг одна сова отделилась от остальных и стала медленно снижаться. Шейд заметил, что у нее единственной не было огня.

— Теперь уходи, — велела Фрида, — укройся в лесу вместе с остальными.

— Что вы собираетесь делать?

— Поговорить с совой.

Шейд колебался. Ему очень хотелось остаться, помочь. Старая летучая мышь против этого гиганта…

— Может быть, я…

— Уходи! — отрезала Фрида, расправляя крылья и обнажая удивительно острые зубы.

Шейд отлетел, но не слишком далеко, только к соседнему дереву. Он вонзил когти в кору и повис вниз головой, наблюдая за Фридой и гигантской совой.

— Приветствую тебя, Брутус, — с достоинством наклонив голову, сказала Фрида.

— И тебе привет, Фрида сереброкрыл. — Низкий голос совы напоминал раскаты грома.

— Ты привел с собой воинов и принес огонь. Почему?

— Тебе известно почему. Нам нужна летучая мышь, которая смотрела на солнце.

Шейд задрожал и затаил дыхание в ожидании ответа Фриды.

Он знал, что и другие сереброкрылы, укрывшись на ближайших деревьях, следят за разговором Фриды и Брутуса.

— Вы не имеете права нападать на нас ночью, Брутус. Таков закон.

— Закон уже нарушен, — ответил Брутус. — Мы здесь во имя справедливости. Отдай нам мальчишку.

У Шейда засосало под ложечкой.

— Он еще детеныш и не понимает, что делает, — возразила Фрида. — Этот случай можно считать просто глупой выходкой.

— Закон не признает исключений.

— Пусть совы забирают его! — крикнула Батшеба, вылетев из леса и усаживаясь рядом с Фридой. — Брутус прав. Закон нарушен, и мальчишка должен поплатиться за это.

Шейд чувствовал на себе взгляды собратьев. Неужели они хотят, чтобы он добровольно сдался? Его снова охватила слабость.

— Ты знаешь, что я права, Фрида, — продолжала Батшеба. — Одна жизнь за нарушение закона и ради спасения всех нас. Где мальчишка?

В отчаянии Шейд оглянулся вокруг и увидел мать. Их взгляды встретились. Они долго смотрели друг на друга сквозь сплетение ветвей и листьев. Никогда еще Шейд не чувствовал себя таким одиноким.

Он знал, что сделают совы, если он не сдастся. Сереброкрылы, наверное, считают его трусом. Он виноват; как же теперь поступить?

Шейд зажмурил глаза, глубоко вздохнул и приготовился взлететь. Но вдруг чьи-то челюсти сомкнулись вокруг его задних лап, потянули назад, и Шейд ткнулся в теплую шерсть Ариэли.

— Не смей! — яростно прошипела она.

Еще ни разу он не видел мать такой решительной и твердой.

— У них огонь, — сказал Шейд. — Если я не сдамся, они…

— Пусть возьмут меня вместо тебя.

Шейд в ужасе замотал головой и только сейчас до конца осознал, какая опасность им угрожает. Совы жаждали возмездия. Жертвой может стать его мать… Это было чудовищно, он не может ее потерять. Шейд рванулся к матери и вцепился в нее когтями:

— Ни за что!

— Нет! — прозвучал с вершины Древесного Приюта голос Фриды.

Шейд и Ариэль повернулись на ее голос.

В Ярости раскинув крылья, Фрида выставила когти, оскалила зубы и угрожающе наступала на Батшебу.

— Ты забылась! — гневно кричала она. — Пока я жива, руковожу колонией я, а не ты. Никто не заберет ни мальчика, ни одного из нас. — Она повернулась к сове: — Это мое последнее слово.

— Твой ответ неразумен. — Брутус прикрыл огромные глаза и, тяжело взмахивая крыльями, взлетел над Древесным Приютом. Он прокричал что-то своим воинам, а затем поднялся еще выше и крикнул Фриде: — Ты сказала свое слово, теперь наша очередь!

Со страшными криками совы устремились к Древесному Приюту, в их когтях ярко пылал огонь. Дуб не может загореться снова, в отчаянии твердил себе Шейд. Ведь однажды, когда в дерево ударила молния, это уже произошло. Но огонь бежал по стволу.

Он должен это остановить. Шейд рванулся вперед и устремился к маленьким очагам пламени на земле. Он снова и снова накрывал пламя своими распростертыми крыльями, пока наконец оно не стало гаснуть. Он сумел, сумел погасить пламя и спасти Приют! Шейд бешено оглядывался вокруг, яростно бросался на очаги огня. Краем глаза он заметил, что Ариэль и некоторые летучие мыши мчатся к объятому пламенем дереву.

— Гасите искры! — крикнул Шейд. — Остановите огонь!

Но совы не давали летучим мышам приблизиться к дереву и мощными ударами крыльев загоняли ИХ обратно на деревья. Только немногим удалось прорваться, и они вступили в борьбу с огнем. Шейд погасил еще один островок пламени совсем близко от толстого ствола Приюта и вдруг рядом увидел сову. Она даже не заметила его. Огромная птица высматривала вход в Приют.

В когтях она держала факел. Сова нашла отверстие, правда слишком маленькое для нее, но… Шейд мгновенно все понял. Сова подлетела к отверстию и стала проталкивать в него горящую палку.