Он приказал себе не оборачиваться.

Шейд услышал взрыв и в то же мгновение ощутил нестерпимый жар, будто солнце целиком поглотило его.

С высоких бастионов Бридж-Сити Фрида смотрела в сумеречное небо. Ее зрение в последнее время потеряло остроту, но даже теперь она видела огромную стаю сов на северном горизонте.

Свежий ветерок топорщил ее шерстку, и она чувствовала себя безмерно старой и усталой. Уже восемь ночей прошло с тех пор, как Марина и Ариэль отправились на поиски Шейда, и она всеми силами гнала от себя мрачные мысли. Вряд ли Шейд, каким бы он ни был умным и одаренным, уцелел во время взрывов. Или сумел выжить в джунглях, где полно жестоких хищников. Не совершила ли она ошибку, отпустив Марину и Ариэль искать его?

В последние дни Фрида непрерывно терзалась этими вопросами.

Еще она задумывалась над тем, была ли она хорошим предводителем своей колонии. Но особенно часто ее мысли возвращались к Шейду. Права ли она была, поощряя в нем желания, которые обуревали ее саму: разгадать тайну колец, осуществить Обещание Ноктюрны? И к чему это привело?

Теперь, глядя на огромную совиную стаю, она боролась с охватившим ее отчаянием. Даже огромная армия местных летучих мышей не поможет избежать поражения. Их уничтожат.

— Надо готовить делегацию, — сказал Ахиллес, опустившись рядом с ней. — Войска короля Бореа-ля будут здесь меньше чем через час.

Фрида сухо кивнула. Даже самые простые движения теперь стоили ей большого труда.

— Да, — сказала она без всякой надежды. — Нам остается только молиться, чтобы Бореаль согласился на переговоры.

— Много лет назад я уже молился, — с мрачной улыбкой сказал Ахиллес.

— Наверное, ты прав, — сказала Фрида, — но когда я смотрю на этот горизонт, я не могу не взывать о помощи.

Фрида посмотрела вниз и увидела посланца, который летел к ним. Она терпеливо ждала — хотя вряд ли он сообщит утешительные новости.

— Генерал Ахиллес, Фрида, — задыхаясь/сказал посланец. — Там, на южном горизонте, показались летучие мыши, среди которых есть и сереброкрылы. Они… летят вместе с совами…

Шейд с удовольствием сложил ноющие крылья и стал медленно снижаться над Бридж-Сити. Для него было в новинку лететь вместе со своей семьей: отец и мать с одной стороны, Чинук и Марина — с другой. Неподалеку летел Калибан и другие летучие мыши/освободившиеся из плена. Они возвращались домой.

Впереди машут крыльями совы из северных лесов — даже сейчас, после нескольких дней совместного путешествия, Шейду было странно видеть, как совы и летучие мыши мирно летят рядом друг с другом. Правда, и те и другие держались особняком, на ночлег устраивались отдельно и почти не разговаривали. Но Шейд чувствовал, что это скорее от непривычности ситуации, чем от подозрительности. В первых рядах он заметил Ореста и улыбнулся про себя. Совиный принц и другие совы согласились охранять их на пути домой. Шейд не ошибся, они оказались хорошей защитой. С ними летучие мыши спокойно выбрались из джунглей и, ничего не опасаясь, отправились домой.

«Я жив, — ликовал Шейд, — я выжил!» С тех пор как он услышал шум взрыва и его поглотил сильный жар, он ничего больше не помнил, пока не очнулся от яркого света солнца, освещавшего верхушки деревьев. Все его тело ныло от боли. На спине и животе болтались клочья шерсти, перепонки крыльев были сильно обожжены. Шейд чувствовал себя совершенно разбитым. Он был грязный, напуганный, но живой. И Чинук тоже.

Солнце сияло по-прежнему.

Миллионы лет летучие мыши боялись его, избегали, а Шейд пытался его спасти. И теперь он с радостью смотрел на солнце, зная, что на этот раз победил.

Вскоре Марина и Ариэль нашли его и Чинука и помогли им вернуться в убежище. После взрыва в джунглях образовался огромный круг из горящих деревьев. В центре его высилась опаленная груда камней — то, что осталось от пирамиды. Гот, наверное, погиб в огне, но Шейд не был полностью в этом уверен.

Он удивлялся, как много летучих мышей уцелело. Оказалось, Марина влетела внутрь пирамиды и предупредила всех. Совы вынесли Кортеса и его уцелевших солдат на себе. Но многие погибли внутри пирамиды — совы, крысы, летучие мыши. Они увеличили число тех, кто погиб во время взрывов в городе.

Шейд посмотрел на Чинука. Он потерял обоих родителей, но теперь больше не был сиротой. Три ночи назад Шейд попросил мать и отца принять Чинука в их семью, и те тотчас же согласились. То же самое ответил Чинук, когда они спросили его.

— Эй, Шейд, мы теперь братья! — крикнул он, шутливо толкая Шейда.

Шейд отпрянул в сторону, сморщившись от боли.

— Я старался отговорить их, правда, но мои родители настаивали.

Чинук не знал, что это придумал Шейд, а Шейд не сказал ему об этом. Со вздохом он подумал, что теперь ему придется гораздо чаще получать снежки в спину. Однако Шейд не жалел об этом. По крайней мере пока не жалел.