Мне вспомнился Филипп. Как же давно я его не видела. Интересно, он волнуется обо мне? Что он думает? Ищет ли меня? Как же я скучаю. Ладно. Некогда тут нюни распускать, действовать надо!

Рывком, я скинул спящего парня с кровати на пол. Тот проснулся, и промямлил что-то невнятное. Но проснулся он не на долго. Через несколько секунд, он свернулся калачиком на ковре и уснул снова. А вот девица очнулась тут же. С округлёнными от удивления глазами, она смотрела на нас и прикрывалась одеялом.

— Много он выпил? — спросила Эрика девицу.

— Ну, как всегда, литра четыре, — испугано пробормотала та.

— И как же нам его разбудить? — потерянно задала вопрос Эрика, как будто сама себе.

— Ждать…,- выдохнула девушка.

— Нет! Ждать мы не можем…,- я начал злится, — сейчас я его начну пинать.

Деваха с ужасом посмотрела на мои мощные ботинки и сказала, что сама разбудит Ола.

— Хм…да это не проститутка видимо. Наверное, у них любовь. Смотри, как она за него испугалась, — сказал я, когда девушка утащила Ола в ванную.

— Незнаю, незнаю…,- лениво отозвалась Эрика, разваливаясь на кровати, — я так устал.

— Устала…,- прошептал я.

— Что?

— Я говорю не устал, а усталА! Не забывайся, — похлопал я её по плечу.

Спустя пятнадцать минут, девушка притащила более менее отрезвевшего паренька обратно в комнату. Мы усадили его на кровать и Эрика начала свой рассказ.

Я решил, что раз легенду придумала она, так пусть сама и отдувается.

— Здравствуй Ол, — начала Эрика, — ты нас, наверное, не помнишь…

— В первый раз вижу, — перебил ее Ол, держась за голову.

Я, пользуясь своим басом, решил вмешаться, — Тааак! Сиди, слушай и не перебивай. Тебе же лучше будет.

Парень заткнулся.

Блондинка продолжила, — так вот. Мы твои двоюродные брат Кат и сестра Эрика. Виделись мы, в последний раз, восемнадцать лет назад, ты тогда был совсем малюткой. Наш отец всегда помнил о тебе, но он сейчас в очень тяжелом состоянии и скоро умрёт. И он оставляет тебе завещание на очень большую сумму. Ты должен поехать с нами, что бы попрощаться с нашим отцом и поблагодарить его.

— Я согласен, — не задумываясь, почти выкрикнул он, — но есть небольшая проблема. Я проиграл в карты, одному человеку, и теперь должен отработать у него на рудниках целый год. Он не выпустит меня отсюда ни под каким предлогом.

— Отлично! Есть еще, что-нибудь, что мы не знаем, а должны знать? — сердито оскалился я, только этого нам не хватало. А кто вообще сказал, что будет легко?

— Нет, это все, — виновато ответил молодой алкоголик, опуская глаза в пол.

— Тогда, прощайся, — кивнул я на странную девицу, — нам пора познакомиться с этим рабовладельцем.

Пока Ол, что-то лепетал, своей подруге, мы с Эрикой обмозговывали дальнейший план действий.

— Нет, я конечно, могу создать портал и перенести нас, забыв о каком то карточном долге. Но вот, что будет, когда он снова вернется в этот город за, там едой или одеждой, да мало ли за чем? Или если, этот держатель рудников, начнет его искать и найдет? Нет, сначала уладим дела этого горе правнука, а потом пусть за ним его горячо любимая бабуля приглядывает, — рассуждал я вслух.

— Скорее всего, мы откупимся деньгами. Все любят деньги, особенно такие типы, — ответила серьезная подруга.

— Точно, только давай заранее передашь мне образ ваших денег, — опомнился я.

— Так я же уже передал.

— Во-первых, передала! Не забывайся. А во- вторых, бумажных денег. Причем большого достоинства, а по-русски крупные.

— Ну, лови. Это самые крупные деньги, которые мне довелось видеть.

После того, как Эрика передала мне образ местных денег, мы отправились разбираться с Оловским вопросом.

— Так, как мы найдем этого, как его там? — спросил я у правнука старушенции.

— Его зовут Зведа. Да он, внизу сидит. Сам подойдет, когда меня увидит. Он меня же из этого паба не выпускает. У него здесь свои люди и они за мной следят, — развёл руками алкаш.

— И много их? — напряглась Эрика.

— Почти все кто сюда ходит! И вообще этот паб принадлежит ему, — обрадовал нас Ол.

— Замечательно! Нам просто везет, блин!

Понятно, почему этот простак проиграл. Здесь все продуманно. Думаю, что это не просто банда, а настоящие профессионалы.

— И что же мы будем делать? О чем вы собираетесь с ним разговаривать? — занервничал Ол.