Люциан откинулся и улыбнулся. Все трое мужчин торжественно кивнули. Хэл Бартон снова взял на себя инициативу.

– Вообще-то говоря, да. Мы думали, что если бы смогли взломать систему безопасности и вломиться в дом Люциана Даратразаноффа, то он, возможно, выслушал бы нас и субсидировал нашу новую систему безопасности. Ее создали мы, но для массового производства и сбыта у нас нет средств.

Джексон повернула голову и встретилась своими карими глазами с темным взглядом Люциана.

– Это просто гениально. И в такие короткие сроки. Я на самом деле под впечатлением, – она повернулась к мужчинам, – что он вам предложил за то, чтобы вы солгали мне? Свободу от уголовного преследования. Я – коп. Он упоминал об этом?

Хэл Бартон покачал головой.

– Вы, кажется, не поняли мою мысль. Если нам удастся уговорить мистера Даратразаноффа субсидировать нас, мы сможем заработать невероятные деньги. Мы все смогли бы стать миллионерами. Наш продукт просто уникален.

Джексон попыталась дотронуться до сознания Бартона так, как это делал Люциан. Его «сканирование», как он это называл, совсем не напоминало тот интимный процесс, когда она сливалась с Люцианом. Такая интимность требовала обмена кровью. Ее сердце екнуло, и она поспешно выбросила эти мысли из головы. Она не решалась слишком сильно думать о том, что произошло прошлой ночью между ней и Люцианом. До тех пор, пока она не будет слишком много думать об этом, все будет в порядке. Как бы она ни старалась просканировать мужчину, Бартон, создавалось ощущение, был предельно искренен с ней. Джексон вздохнула. Это было настолько неправдоподобно. Взрослые мужчины не могли быть настолько тупы.

– Деньги часто заставляют людей делать вещи, на которые они в обычной жизни не решились бы .

– Ты можешь читать их мысли намного лучше, чем когда-либо смогу я. Ты всерьез полагаешь, что они говорят нам правду ? – Джексон обеими руками пробежалась по волосам. Что-то здесь было не так. Эти мужчины никогда не должны были проникнуть в ее дом. Да и она, едва проснувшись, ощутила вибрацию жестокости. Это ощущение было ей знакомо. Она всегда знала, когда кто-то жесток по своей натуре. Их излучения были достаточно сильны, чтобы разбудить ее. Но теперь она ничего этого не чувствовала. – Мог еще кто-нибудь проникнуть на территорию ?

– Нет, – с полнейшей уверенностью заявил Люциан.

Джексон покачала головой. Ее жизнь стала совершенно странной. Люди в ее жизни были совершенно странными. Что тогда говорить про нее?

Ладонь Люциана легла ей на затылок:

– То, что ты очень терпимая женщина , – его голос ласкал ее, пробегая по ней подобно прикосновениям его пальцев, и в тоже время его большой палец ласкал ее нежную кожу вдоль края рубашки.

– Следует признать, что нам удалось обойти вашу систему безопасности, – продолжал тем временем Хэл, нетерпеливый в своем рвении, – конечно, это было намного сложнее, чем я предполагал. Я никогда раньше не встречался ни с чем подобным.

– Я сам создал ее, – ответил Люциан, – скажем так, я любитель.

Джексон вздохнула и встала.

– На этом я покину вас. В противном случае буду вынуждена арестовать каждого. Включая тебя.

Весь этот разговор был совершенно неинтересен ей. Когда трое мужчин уважительно поднялись, ее подозрения укрепились еще больше. Взмахом руки она отклонила их благородный жест и, не спеша, направилась прочь из комнаты. Люциан никогда не ошибается. Никогда. Он сказал, что они представляли угрозу для нее, не для него. Что означало, что именно она была в опасности. Они пришли в ее дом с намерением причинить ей вред, а не представлять какую-то систему безопасности Люциану. Что он такого сделал, чтобы заставить их собраться всех вместе и так быстро? И что он планирует делать дальше? Он точно не убьет их?

На кухне она заварила себе кофе, решительно настроенная заполучить их отпечатки пальцев. Ей следовало бы с самого начала арестовать их, а потом незамедлительно выяснить, кто они и с какой целью сюда явились.

Находясь в гостиной, Люциан обнаружил, что улыбается. В этом была вся Джексон – быстрая и умная. Никто и не собирался ее долго дурачить. Отпечатки пальцев . Она думала как детектив, коим в действительности и была. Он наклонился к трем мужчинам.

– Вас отправили сюда, чтобы убить Джексон. Знаете, это ужасно неправильно. Она должна жить. Именно она стоит между вами и верной смертью, – на краткий момент он позволил им увидеть себя – свою силу, свои клыки, свою способность превращаться, прежде чем их перепуганные глаза уставились на зверя с горящими глазами и потребностью уничтожать, убивать.

Парализованные от ужаса, они сидели совершенно неподвижно, словно аршин проглотив. Именно он вложил им в голову эту историю, именно он контролировал их веру на протяжении всего того времени , пока в комнате находилась Джексон. Она становилась слишком способной, и он не хотел рисковать, чтобы она узнала об их намерениях.

– А теперь послушайте меня, все трое. Чего бы это ни стоило, вы должны защитить ее жизнь. Вы вернетесь к двум мужчинам, которые послали вас сюда, и сделаете все возможное, чтобы гарантировать, что они больше никого и никогда не пошлют, чтобы причинить ей вред. В случае неудачи, на земле не найдется такого места, где я бы вас не отыскал. Я уничтожу вас. Убирайтесь отсюда, садитесь на самолет и избавьте Джексон от тех двоих, которые угрожают ее жизни.