– Так долго, как Михаил будет жив, я буду служить ему, обеспечивая безопасность как его, так и его семьи.

– Ты будешь служить нашему народу, Михаил, а наш брат будет служить тебе, как мы служили твоему отцу. Это правильно. Габриель и я будем продолжать сражаться, противостоя засилью немертвых как среди людей, так и среди нашего народа.

– Их так много, – заметил Михаил.

– Да, так и есть, слишком много смертей, слишком много сражений, и наши женщины, бывшие для нас всем, также истреблены. Мужчинам нужна надежда на Будущее, Михаил. Ты должен найти способ обеспечить их ею, или у них не будет причин держаться дальше, когда темнота охватит их. Нам нужны женщины, чтобы обеспечить наших мужчин Спутницами жизни. Наши женщины – свет в нашей тьме. Наши мужчины – хищники, темные, опасные охотники, с каждым прошедшим веком становящиеся все опаснее. К сожалению, если мы не сможем найти Спутниц жизни, то все из карпатцев превратимся в вампиров, и наша раса вымрет, так как мужчины откажутся от своих душ. Начнутся такие разрушения, которые невозможно даже представить. Твоя миссия – предотвратить все это, Михаил, и она является наиважнейшей.

– Как и ваша, – тихо проговорил Михаил. – Забрать так много жизней и остаться одними из нас – нелегкая задача. Наши люди в долгу перед вами.

Джулиан, в теле сурка, отполз назад в кусты, не желая быть пойманным древними. Позади него послышался шорох, и он обернулся. Там в полнейшей тишине стояли двое высоких мужчин. Их глаза были темными и пустыми, их лица – словно высеченными из камня. Туман вокруг него, казалось, спустился с самого неба, поразив его и Димитрия до самого основания. Джулиан с трудом отдышался, изумленно глядя на все это. Чуть впереди обоих мальчишек материализовался Грегори, словно защищая их. Когда Джулиан поднял голову, чтобы оглядеться, то мистические охотники ушли, словно их никогда и не было, и мальчики остались лицом к лицу с Грегори.

* * *

Люциан

Франция, 1500

Солнце скрылось с неба, оставив позади себя яркие цвета. Которые постепенно сменились угольно-черной ночью. Глубоко под землей начало биться одинокое сердце. В богатой, исцеляющей земле лежал Люциан. Его раны от последней жестокой схватки были исцелены. Он ментально сканировал местность, окружающую место его отдыха, замечая лишь движения животных. Земля взорвалась фонтаном, когда он вырвался из ее объятий в небо, втягивая в себя ночной воздух. Сегодня ночью его мир изменится навсегда. Габриель и Люциан были идентичными близнецами. Они выглядели совершенно одинаково, думали одинаково, сражались одинаково. На протяжении столетий они впитывали знания обо всех местах и вещах и делились ими друг с другом.

Все карпатские мужчины, становясь старше, теряли свои эмоции и способность видеть в цвете, продолжая жить в темном, сером мире, где только чувство верности и чести удерживало их от того, чтобы обратиться в вампира, пока они не найдут свою Спутницу жизни. Габриель и Люциан заключили друг с другом пакт. Если один из них обернется в вампира, второй должен будет начать на него охоту и убить своего близнеца, прежде чем самому встретить рассвет – свою собственную смерть. Люциан уже в течение некоторого времени знал, что его брат борется со своим внутренним демоном, с темнотой, распространяющейся внутри него. Постоянные битвы требуют свою плату. Габриель был слишком близок к обращению.

Люциан сделал глубокий вдох, вбирая в себя чистый ночной воздух. Он был решительно настроен сохранить Габриелю жизнь, сохранить в безопасности его душу. Был только один способ сделать это. Если только ему удастся убедить Габриеля, что это он присоединился к рядам нежити, у того не останется иного выбора, кроме как начать на него охоту. Это позволит предотвратить борьбу Габриеля с кем бы то ни было, кроме Люциана. Но будучи не в состоянии убить его из-за равенства в силе и при наличии конкретной цели Габриель сможет продержаться. Люциан взмыл в воздух, ища свою первую жертву.

* * *

Люциан

Лондон, 1600

На углу улицы стояла молодая женщина, улыбка словно застыла на ее лице. Ночь была холодной и темной. Она дрожала. Где-то в темноте бродил убийца. Он уже убил двух женщин, которых она знала. Она умоляла Томаса не посылать ее сегодня ночью, но он несколько раз ударил ее, прежде чем вытолкнуть за дверь. Она сложила руки на груди и постаралась сделать вид, что наслаждается своей работой.

В конце улицы появился мужчина. У нее перехватило дыхание, а сердце заколотилось. Он был одет в темное пальто и шляпу, в руке нес трость. Он выглядел, как представитель знати, прогуливающийся по ее бедному району. Она приняла позу и стала ждать. Он прошел прямо мимо нее. Она знала, что Томас изобьет ее, если она не окликнет его, привлекая к себе его внимание, но не могла заставить себя сделать это.

Мужчина замер и обернулся. Медленно обошел вокруг нее, осмотрел ее сверху донизу, словно кусок мяса.

Она постаралась улыбнуться ему, но что-то в нем пугало ее. Он вытащил пригоршню монет и помахал ими перед ней. Его улыбка была заманчивой. Он знал, что она напугана. Он указал тростью на аллею.

Она пошла. Она знала, что это глупо, но больше всего она боялась возвращаться домой к Томасу без денег, чем идти в аллею с незнакомцем.

Он оказался беспощадным, заставив выполнить все, что он захочет, прямо здесь в аллее. Он намеренно причинял ей боль, и она терпела, поскольку у нее не было иного выбора. Закончив, он отбросил ее на землю и ударил своим элегантным ботинком. Она подняла взгляд и, увидев в его руке бритву, поняла, что он и был убийцей. Кричать было поздно. Она была почти мертва.