Тело Кориалстраза засветилось ярко-красным. Вода вокруг него внезапно превратилась в пар. Он слышал, как визжали попавшие под жар наги. Два самца оказались в эпицентре заклинания и сварились заживо.

Голову дракона заполнил гул. Он глянул вниз и чуть вправо, где самка протянула к нему все свои четыре руки, сияющие от магии.

Дракон с легкостью усилил излучение тепла, но нага убежала за миг до того. Гул прекратился.

Вдруг легкие Кориалстраза пронзила боль, и он ощутил резкую потребность вдохнуть. Ему нужен был воздух, немедленно. Отчаянными гребками дракон поплыл к поверхности.

Она была настолько далеко, что по его задыхающемуся мозгу пробежала мысль, что он плывет вниз, а не вверх, но у дракона не было выбора — он упорно греб в выбранном направлении.

Напряжение в легких стало невыносимым. Хотя бы один глоток воздуха…

Голова дракона вынырнула из воды. Вдохнув, Кориалстраз продолжил подъем. С помощью магии и крыльев с размахом больше длины иных драконов он взмыл в небо.

В небо, хоть и затянутое, но уже спокойное.

Несмотря на оставшихся в живых наг, Кориалстразу пришлось зависнуть на несколько секунд, чтобы нормализовать дыхание и рассудок. Облака оставались густыми, а вот море стало спокойным, мертвецки спокойным.

Масса извивающихся щупалец прорвалась сквозь поверхность воды и схватила дракона за хвост и задние ноги, заодно пытаясь дотянутся до крыльев.

Издав рев, Кориалстраз немедленно сконцентрировался на участке, откуда так внезапно возникли щупальца. Созданный поток пламени оказался не таким сильным, как хотел того дракон, но все же заставил монстра выпустить одну из ног.

В то же время остальные щупальца все еще тянули красного исполина вниз, под воду. Кориалстраз замахал крыльями. Хоть он и не аспект, но и не обычный дракон. Скоро питомец наг это почувствует.

Чудесным образом, вместо того, чтобы быть затащенным морским чудовищем вниз, Кориалстраз стал вытягивать обросшее щупальцами создание из морских глубин. Сперва показался продолговатый перед твари со страшным ртом, способным разламывать в щепки крупнейшие корабли. Затем появилась длинная трубчатая голова с двумя немигающими блюдцами злобных глаз.

Кракен.

Как небольшая шайка наг смогла приручить такое чудо, дракон не представлял. Но важнее было то, что чудище камнем повисло на Кориалстразе. Дракон потерял скорость. Море вновь приблизилось к нему.

Выбора не было. Находясь на грани, Кориалстраз собрал остатки сил для последнего удара.

Мощнейший взрыв поджарил кракена. Порождение глубин с душераздирающим ревом отпустило дракона и погрузилось в пучину. Волна от его падения достала аж до кончика хвоста Кориалстраза.

Красный великан не ликовал — у него были силы только на то, чтобы оставаться в сознании. Несмотря на ужасную усталость, Кориалстраз ускорился. Как бы близко ни был берег, дракон не знал, хватит ли у него сил добраться туда. Ему оставалось лишь попробовать.

Ему оставалось лишь надеяться…

Поверхность воды оставалась спокойной, пока громадный красный дракон таял вдали.

Немигающий взгляд раскосых глаз самки-наги следил за Кориалстразом, пока тот не превратился в крошечную точку на горизонте. Тогда вынырнула грозная голова самца. Около нижней челюсти чешуя была рассечена ударом драконьего хвоста. Как будто не замечая увечья, он сосредоточенно смотрел в ту же сторону.

«Дело сделано…» — прошептала нага скрипучим голосом. «Нас пощадят…»

Кивнув, самец оскалился. Самка последовала его примеру, демонстрируя, что ее зубы не менее остры и не менее зловещи.

И наги ушли на дно.

Не сулящий ничего хорошего ландшафт, возвышающийся на горизонте перед ней, звался Каз Модан. Дренейка, чьё лицо было скрыто капюшоном, не знала, откуда произошло это название, но само звучание его заставляло её держаться жёстче и решительней. Она знала, что эти края обжили орки, хотя здесь же жили и дворфы. И те, и другие были теми расами, о которых она знала. И если уж дело дойдёт до противоречий, то ради достижения своих интересов волшебница надеялась на столкновение с обитателями недр, нежели с зеленокожими воинами. Дворфы хотя бы были союзниками.

На первый взгляд не было никаких признаков островного поселения, которое она разыскивала, но мало-помалу на побережье в отдалении стали проявляться контуры. Наиболее заметным из них была толстая каменная стена на дальнем конце Гавани Менетил, которая, как она уже знала, защищала большую часть города от вторжений с суши. Потом сквозь рассеивающуюся дымку стали проступать более высокие строения и большие косматые деревья.

Одно из зданий особенно привлекало её взор. Возвышаясь над всем в округе, четыре башни Крепости Менетил надзирали за поселением, будто суровые стражи, и их конические верхушки напоминали о воинских шлемах. Посреди них располагалось почти похожее на собор основное здание — лишь на ярус ниже, но зато намного шире.