Она посмотрела ему в глаза.

– Роб, работать вместе у нас не получится, если мы не будем абсолютно уверены друг в друге.

– Я знаю. Лео, давай попробуем начать все сначала. Мы же так нужны друг другу.

"Все это слова, – подумала Леони, – но, возможно, он и прав". Как бы то ни было, она так устала. Слишком устала, чтобы начинать все сначала.

Роб опять заговорил; в его голосе звучала неподдельная искренность.

– Послушай, Лео, дорогая, давай останемся вместе. Я знаю: у нас все получится, мы вновь обретем уверенность друг в друге. Во всяком случае, я очень хочу попытаться. А если ты этого не хочешь, к чему тогда было твое заявление для прессы?

Роб был прав. Она вынуждена была признать это.

– Потому что и мне хочется того же.

Улыбка, озарившая его лицо, была ослепительной.

– Так стоит попробовать?

– Что ж, – сказала Леони, – давай попробуем.

Откинувшись в кресле, Аманда наслаждалась комфортом салона первого класса "Боинга-747" авиакомпании "Бритиш эруэйз". Удобные, просторные кресла, бокал шампанского в руке, вкуснейшие канапе, бесплатные напитки, превосходный сервис – все это было так не похоже на утомительный чартерный рейс, которым она прилетела в Рим всего лишь несколько недель назад.

Она улыбнулась воспоминаниям о своих римских похождениях, подумав о том, что добилась всего, к чему так стремилась. Она отомстила родителям, это несомненно. Вряд ли Леони и Роб смогут когда-нибудь восстановить отношения после ее разоблачений. Брак Симона тоже обречен. Так же, как и его карьера. Ей вдруг стало жаль Элизабет – эта женщина была ей симпатична, – но в то же время Аманда была убеждена, что без Симона ей будет гораздо лучше. И потом – эта Шейла Маккензи: встреча с ней была словно подарок судьбы. Аманда даже и мечтать не могла о такой удаче.

Да, фортуна явно благоволила к ней: Аманда бросила взгляд на бриллиантового лягушонка с изумрудными глазками, пришпиленного к лацкану ее пиджака. Мэми Кинг когда-то обещала особую благосклонность тому, кто отыщет брошь герцогини Виндзорской. Очень скоро Аманда выяснит, чего стоят такие обещания. Но в запасе был и другой вариант. Она вновь улыбнулась, вспомнив, как зажглись маленькие поросячьи глазки Джулиуса Кинга, когда на вилле ван дер Вельтов Хармони с такой неохотой представила их друг другу. Да, пожалуй, с поддержкой обоих Кингов рассчитывать на успех в Голливуде можно вполне.

Единственное, что мучило ее до сих пор, так это имя. Оставаться Амандой Уиллоуби не было ни малейшего желания, но и об Аманде О'Брайен или Аманде Брентфорд тоже не могло быть и речи. Нет, новую жизнь нужно начинать с новым именем. Аманду, в конце концов, можно и оставить. Правда, это имя никогда ей особенно не нравилось, а уж тем более уменьшительное Менди. Не Аманда, но что-нибудь созвучное… Аманда… Александра… Миранда. Миранда… Очень неплохо, пожалуй. Когда-то в школе они ставили пьесу Шекспира. Как же она называлась?.. "Буря", да, именно так. Она даже помнила некоторые строки. "Бросаю вызов тебе, новый мир", – говорила Миранда в пьесе. Как похоже на нее, Аманду. А что, если стать Мирандой Темпест [9] ? Аманде идея понравилась. Да, очень понравилась.

Что ж, в общем, ей пока везло. А с деньгами, которые удалось содрать с Симона и тех говнюков из "Глоуб", вполне можно было покорить Лос-Анджелес. Аманда потягивала шампанское, любуясь из окошка иллюминатора пушистыми облаками, в которых купались лучи ослепительного солнца. Она своего добьется – молодая, красивая, богатая и уже снискавшая, хотя и дурную, но славу. Миранду Темпест ждал Голливуд.