— Ладно, оставим в покое эту пальбу. — Маков сцепил пальцы обеих рук в один кулак — верный признак раздражения. — Центр оцепили? Эти «бегунки» ведь далеко уйти не могли.

— Так точно, товарищ полковник. Я дал команду. Крупные магистрали уже перекрыты практически полностью, сейчас пытаемся блокировать мелкие.

— Хорошо. Что с личностью преступников? Если уж твоим гвардейцам оказалось не под силу их взять, хоть рассмотреть-то «бегунков» они успели?

— Конечно, товарищ полковник. Во всяком случае, одного. Олег Романов, о котором я вам докладывал раньше. Кстати, на записи, предоставленной нам наблюдателями охранной фирмы, его личность имеется. Он приезжал на место взрыва несколько дней назад вместе с неким Дмитрием Максимовичем Луциком. Так вот, этот самый Луцик через день был найден мертвым в разгромленном офисе «Холодка». По агентурной информации, он занимался спецсредствами прослушивания и видеонаблюдения.

— Ты думаешь, кража акций — дело рук «Холодка»?

— Ни малейших сомнений. У хозяина «Холодка», Ивана Владимировича Диденко, в квартире обнаружен обрезок водопроводной трубы, которым убили Луцика, и следы крови, также принадлежащие покойному.

— По поводу записи. Приметы «профессора» и «подростка» удалось снять?

— Приблизительно, товарищ полковник. Там был очень сложный ракурс. Определить что-нибудь точно не представляется возможным. Но мы обратили внимание на машину. Тёмно-вишнёвые «Жигули» четвертой модели. Пикап. Номер «НЯ XXX М». Машину поставили во двор накануне похищения. А сразу же после взрыва пикап укатил. Мы объявили его в угон. Номера, естественно, оказались фальшивыми. Посты ГАИ сейчас проверяют все темно-вишневые «четверки», но пока безрезультатно.

Маков кивнул раздумчиво.

— Ещё какая-нибудь информация есть?

— Мы разыскали владельца квартиры, где произошла перестрелка. Ее снимал тот же Диденко. Его участие в деле не вызывает сомнений.

— Та-ак. — Полковник с силой сжал пальцы. — А скажи мне, майор, каким образом этот Диденко намеревался сбыть акции? Это ведь тебе не эскимо в электричке «пихнуть».

— Именно об этом я и собирался доложить… — Коновалов улыбнулся победно. — В связи с перестрелкой появилась версия, что похитители работали на мафию. Конкретно — на группировку Тимофея Лукашкина, кличка Тема. Тогда становится ясно, зачем понадобилось убивать Тучкова. При любом другом раскладе убийство «авторитета» Диденко не простили бы. Он должен был это понимать. Теме не составит большого труда продать акции.

— Допустим. — Полковник был настроен более скептически. — Тогда ответь-ка мне на один заковыристый вопросик. Откуда у Диденко информация о ценности акций и о метле заключения сделки?

— От заказчика, Темы.

— Тема рассказать этого не мог. Туча не стал бы болтать о подобных вещах. Он мужик осторожный. И вообще, если бы кто-нибудь из участников сделки обмолвился о том, где и когда состоится продажа акций, мы бы об этом знали. Но нам, — за две недели, заметь, — не удалось выяснить даже местонахождение держателей акций. Полная секретность. Отсюда вывод…

— Да?

— Заказчик — не Тема. Тема просто решил подсуетиться и извлечь из сложившейся ситуации максимальную выгоду. Заказчик — совсем другой человек. Возможно, один из участников сделки, — рассуждая, полковник смотрел в стоя, но тут он поднял взгляд. — И что же из этого следует?

— Что следует? — эхом повторил Коновалов, преданно заглядывая «хозяину» в глаза.

— А из этого следует, что люди Темы, возможно, пришли не прикрывать Диденко, а, наоборот, брать его. И наткнулись на наших парней. Вот таким, понимаешь, аллюром.

— Тогда они болыяе не сунутся. Испугаются.

— Майор, ты идиот, если так думаешь. Когда речь идёт о таких деньгах, перестают пугаться даже инфузории. Понятно тебе?

— Так точно. И что нам теперь делать?

— Искать Диденко. Он может вывести на заказчика.

— Думаете, акции уже успели передать?

— Вот ты и выясни, когда поймаешь всех этих «леденцов-холодков».

— Так точно, товарищ полковник.

— Давай. И учти, Коновалов, у тебя в запасе сутки.

— Так точно, товарищ полковник.

— А через двадцать четыре часа, Коновалов, ты либо наденешь погоны подполковника, либо снимешь свои майорские. Я об этом позабочусь. Ты все понял?

— Так точно, товарищ полковник.

— Кстати, насчёт Темы. Найди-ка доказательства его причастности к взрыву. Там ведь разборка произошла? Разве нет?

— Так точно.

— Вот тебе и подозреваемые. Один «авторитет» решил убрать с дороги другого «авторитета». Организовал взрыв. Подходящий мотивчик для прессы?

— Вполне подходящий, товарищ полковник.

— Вот и проработай эту линию. И пусть пресс-служба составит соответствующее заявление. Мол, в результате операции «Сеть», проводимой совместными силами МВД и ФСБ… Ну и так далее. Кстати, и остальные трупы туда же «подвесь». Нам все эти ковбойские штучки твоих гвардейцев, мать бы их за ногу, тоже ни к чему афишировать.

— Понял, товарищ полковник.

— Ну, а раз понял, выполняй.

Коновалов козырнул и уже бодрее вышел из кабинета. Грозы удалось миновать. Маков же остался листать дело Олега Романова, которое ему полчаса назад принесла секретарша. Он мог оценить проделанную работу объективно. Кольцо вокруг похитителей сужалось. То, что не удалось обойтись без стрельбы, плохо. Стрельба всегда подразумевает шумиху в прессе. Но сейчас это было не главным. Им простят любую стрельбу-пальбу, если она повлечет за собой результат. Те, кто интересуется акциями, — Маков не имел доступа к этим людям, но понимал, что цепочка тянется очень высоко, — сумеют замять любой шум. Да и то сказать, трупы-то бандитские. Против фактов не попрешь. Своеобразная санитария города, вполне укладывающаяся в выбранную ими «легенду». Посмотрим, посмотрим, что за птица такая Олег Романов.