– Угу, – кивнул Мил. – Подожди немного. Посовещаюсь.

Мил ненадолго оторвался от непродуктивной беседы с крысами и, не обращая внимания на неприятный запах, исходивший от мутанта, зашептался с ним:

– Ну что, образина. Придумал что-нибудь?

Мил хотел добавить что-нибудь обидное, но, узрев испуганную морду мутанта, испытал что-то похожее на жалость.

– Да не боись ты. Никто тебя не собирается отдавать крысам. Что я, зверь, что ли? Лучше скажи, сможем мы уйти утром? Выберем момент – и поминай как звали? А может, устроить небольшую драку? Подумаешь, тысчонка маленьких серых крыс!

Мутант после успокаивающих слов Мила принял нормальную бледную окраску.

– Драку? Не советую. Ночью бесполезно, а к утру они соберут все свои силы. У нас было несколько крупных стычек с ними, и я должен заметить…

– Ближе к делу, Мистер. Меня не интересует, что ты замечаешь. Мне и самому неинтересно попробовать на собственной шкуре остроту этих зубов. Что насчет второго варианта? Сможем ли мы уйти? И вообще, что за местность вокруг?

– Местность? Я… я не знаю.

– Тьфу ты, мутантова душа, так на кой черт ты нас поволок в эту сторону, коль местности не знаешь. Ладно. Теперь слушай меня внимательно. Я согласен терпеть твое присутствие только ради безопасности тех пантер, которые остались в ваших лапах. Но если ты…

Мил не стал продолжать. Мутант и так все понял.

– Ну, что решили? – К Милу подполз Квар и примостился рядом. – Долго нам еще здесь торчать? Жратвы нет, и по нужде ходить неудобно.

– Ждем утра. А там будет видно…

Мил снова перегнулся через камень. Крыс все еще стоял там и что-то болтал о величии крысиного племени.

– Слышь. – Мил подождал, пока глазки крыса не займут устойчивое положение. – Ты достал уже. Послушай меня лучше. Вниз спускаться мы не станем. И вообще шли бы вы домой.

– В таком случае мы оставляем за собой право действовать на наше усмотрение. И смотри, белобрысый, не пожалей потом, что не согласился. – Крыс коротко поклонился с чувством собственного достоинства и двинул к своим, чтобы сообщить приятную весть. Если бы кто заглянул сейчас в душу Мила, то он бы удивился, узрев полнейшее несоответствие наружной и внутренней оболочки белой пантеры. Мил боялся. Он никогда не был трусом и не раз смотрел в глаза смерти. Но раньше все было иначе. Его пытались убить люди, и он сам убивал людей. Но сейчас, когда смерть подстерегала внизу в виде полчищ здоровенных крыс, он испытывал страх. Омерзительный страх беспомощности загнанного животного. Ведь съедят как миленького. И кто? Крысы!

Ночь полностью обволокла джунгли, и на небе, как назло, не сверкало ни одной звездочки. Хоть глаза выцарапывай. Мил осторожно, стараясь не свалиться вниз, подполз к краю:

– Эй, крыс! Ты далеко?

– Здесь, здесь! Куда я денусь.

– Крыс, а что вы с нами собираетесь сделать? Сожрать, что ли?

Несколько мгновений не было слышно ни звука. Потом кладбище сотряс хохот тысяч и тысяч крыс. Смеялись долго. Мил даже представил, как крысы валяются на спинах, дергают лапками и надрывают животики. Когда смех наконец затих, тот же самый крыс, который разговаривал с Милом, сквозь довольные всхлипывания объяснил причину столь бурного выражения эмоций:

– Ну пантера… Ну насмешил… Давненько я так…

– Да хорош ржать-то. – Мил, как, впрочем, и все остальные жители, не понимал причины смеха.

– Ты за кого нас принимаешь? Съесть? Да мы в жизни мяса в рот не брали.

– Тогда совсем непонятно, какого…

– Мы вас в зоопарк отправим.

Мил ожидал услышать все что угодно – но такое?!

– В зоопарк?

– Ну. Все чин по чину. Для каждого отдельное помещение, питание подобающее и все остальное необходимое для нормального развития. Правда, нам все не нужны. Бледного, который с вами, скорее всего умертвим. Чтоб не мучился. У нас этих тварей и так полно. Лохматого тоже. Парочка уже имеется. Не такие упитанные, но пока сойдет. А вот ты нам очень даже интересен. Шкура у тебя дюже любопытная. Так что спускайтесь.

– Все слышали? – Мил бросил вопрос в темноту, туда, где посапывали жители.

– Слышали, – отозвался за всех Бобо, которого несколько обидело пренебрежение его персоной.

– А ты слышал, Мистер?

Мутант завозился на своем месте, но ничего не ответил. Что ему говорить? Ненужный экземпляр, и все тут. Мил снова обратился к крысе:

– И много у вас этих… экземпляров?

– Да не волнуйтесь вы! У нас накоплен богатый опыт содержания вам подобных. Когда нужно – помывка. Когда требуется – случка. Все путем.

– Звери вы, – только и смог сказать Мил. Развернулся, улегся поудобнее и, больше не обращая ни на что внимания, прикрыл нос хвостом и закрыл глаза. Заснул он почти мгновенно. Пришедший день был слишком напряженным, к тому же его сознание еще не полностью освоилось с новой для него ролью. Странным оказался этот мир. Чудным. Живет человек, честно выполняет работу. И вдруг вспышка, обвал и извержение. Все меняется. И тело, и душа. И как жить дальше, никто не знает.

Мил заснул. Ему не снился родной дом. Его у него не было. Ему не снились друзья. Полицейский не должен иметь друзей. Ему ничего не снилось. Словно один в пустой темной комнате. В забытьи.