Коллектив «Белль Марьяж» регулярно встречался за карточными столами в домах то одной, то другой сотрудницы. Это, как им казалось, позволяло крепить товарищеские узы за бокалами «Маргариты», количество которых не считалось зазорным в столь узком кругу.

Однако сегодня только две трети энергичной команды – четверо из шести – сидели за игровым столом. В этот раз игровым столом стал кухонный с развеселой столешницей ярко-желтого колера, выдвинутый на середину.

Натали Томпсон в этот вечер была занята. Она вела обучение в классе одной из бостонских школ по выпечке и декорированию праздничных тортов. Джулия Монтгомери, энергичная ассистентка Белль Маккензи, отлучилась из города в экстренную командировку. Из всех она была самой неутомимой в бизнесе и личной жизни. Она и ее жених Мэтт, будучи весьма молодыми людьми, кропотливым трудом и изобретательностью стремились приобрести определенную финансовую свободу. Правда, Мэтт в недавнем прошлом потерпел существенное финансовое потрясение, но, имея желание, знания и опыт, стремительно восстанавливал потери. Вместе они планировали не только свадьбу, но и семейное процветание. Однако вследствие недавнего негативного опыта Мэтта решили, что до поры каждый будет держаться своего бизнеса.

– Одра, мне показалось, ты знаешь что-то, чего не ведают остальные за этим столом, – ненавязчиво возобновила прерванный разговор Регина О'Райан, которой, судя по ее многозначительным интонациям, уже немало было известно.

– Ты это по поводу мистера Совершенство нашей крошки Кэлли? – церемонно уточнила та. – Представь, еще вчера днем она сомневалась, что такие вообще существуют, но уже вечером на одной из улиц города ее видели в объятиях некоего красавчика, чье имя она отказывается называть своим лучшим подругам.

– Это правда? – спросила Сирена.

Она создавала свадебные платья обольстительного дизайна, которые пользовались успехом у бостонских девушек. При этом Сирена была самым активным заступником мужского пола в их маленькой женской команде. Не то чтобы она искренне верила в существование мистера Совершенство или же лично была знакома с множеством сказочных принцев, рыцарей на белых жеребцах, трубадуров и менестрелей. Просто в штате фирмы она неофициально являлась ответственной за мифотворчество, благо фантазии Сирене хватало. Она могла напеть удивительные по красоте истории любви простушки и полубога, совершенно не отвечая за последствия этих россказней.

– Милая Кэлли, человек твоей профессии обязан верить в существование достойных мужчин. В противном случае ты останешься без куска хлеба насущного.

– Полностью с тобой согласна, подруга, – поддержала ее Регина, заливаясь хохотом.

– Твоя позиция мне давно известна, – хмуро отозвалась Кэлли.

– А если говорить серьезно, – вступилась за фантазерку-дизайнершу Регина, – к скольким свадьбам ты имела отношение за те три года, что тут работаешь? Десятки и десятки, так?

– Спроси у Одры, она у нас по части счета, – переадресовала вопрос Кэлли Филлипс.

– И все наши клиенты были неплохими, в сущности, парнями. Согласна, что никого из них нельзя назвать мистером Совершенство, но, однако же, девушки, которые выходили за них, были безмерно счастливы, – завершила свою мысль Регина О'Райан.

– Ты видела женихов и невест в объектив своей фотокамеры, но не отслеживала их дальнейшую судьбу, – рьяно отстаивала свою точку зрения Кэлли и насмешливо добавила, – Ты, кажется, сама недавно потешалась над толкотней на ежегодной распродаже свадебных нарядов в «Файлинс бейсмент». Все эти женщины жаждут счастья в браке. А многие ли из них получают желаемое?..

– Я категорически возражаю против такого подхода к свадебному устройству. Нельзя купить платье по дешевке, съездить в Вегас, спьяну обменяться кольцами и рассчитывать при этом на что-то путное, – непримиримо проговорила Сирена.

– Ты во всех своих рассуждениях ставишь во главу угла свой статус дизайнера, финансовый интерес и престиж фирмы. Я же говорю о проблеме как таковой. Я вижу огромное расхождение между твоим желаемым и не зависящим от нас с тобой действительным! – упрекнула коллегу Кэлли.

– А вот я не соглашусь с тем, что действительность так уж от нас независима. Эта позиция представляется мне неприемлемой! – отложив карты, углубилась в спор Регина. – Да, мы как сотрудницы фирмы, занятой свадебным устроительством, подчас лукавим в своем желании приукрасить реальность. Но наша работа – создавать для людей сказку. Мы же при этом ничего никому не навязываем. Благодаря нам их мечта ненадолго становится реальностью.

– С нами или без нас, – вступила Одра Грин, – люди будут обманываться. И не уверена, что хоть одна из сидящих за этим столом может считать, будто навсегда гарантирована от этого. Вовсе не потому, что мы работаем в специфической сфере, просто жизнь без заблуждений – это жизнь без мгновений нежности и любви… Регина, я не поняла, ты пасуешь?

– С чего бы? – возмутилась та и, вновь взяв в руки карточный веер, шутя добавила: – Даже если бы хотела спасовать, гордость бы не позволила. А ты, Кэлли?

– Вы сами знаете, какой я игрок, – самокритично отозвалась Кэлли Филлипс, – особенно под «Маргариту». Плюс я притягиваю слабые комбинации карт, как собаки – блох.

– Ну, сочувствовать тебе мы не станем, дорогая, – смешливо проговорила Регина. – Не везет в картах, везет в любви. Побольше бы нам твоего невезения. Кстати, говорят, твой вчерашний парень на Лабрадора похож.