Секундус, не смотря на возраст, был относительно небольшим поселением. Маленькие домики лепились к каменистому дну в строгом порядке, и соединялись сетью герметичных коридоров. С одной стороны города возвышались плавучие башни порта, с другой — улей связи. Над городом, у самой поверхности воды покачивалась на волнах плавучая крепость. Было уже далеко за полночь, и потому в коридорах горели только обязательные общественные лампы. Другими словами, светила только каждая десятая лампа, причем каждая из них была самой тусклой и самой грязной в своем десятке. Верх коридоров был полупрозрачен, но свет Алгоры с трудом пробивался сквозь мутноватую воду.

Фалко шел по кирпичной мостовой, беззаботно помахивал на ходу круглой лампой с люциферинами и прикидывал, успеет ли он вернутся до утра в Кампавалис. По всему выходило, что, не случись чего непредвиденного — успеет. К тому же, просьба адмирала была выполнена и даже перевыполнена, благо удалось удачно сыграть на огненном нраве краббов. Можно рассчитывать на благодарность. А это немаловажно, потому как адмирал был единственным человеком в Кампавалисе, чье мнение действительно что-то значило для отца Брика.

Помимо адмирала, Фалко ждала Алина. Девушка с милым лицом, потрясающей фигурой и аппетитными формами, столь соблазнительно выступавшими под тонкой тканью. А если означенную ткань снять — очень медленно, наслаждаясь моментом — то…

Размечтавшись, Фалко не сразу заметил, что за ним кто-то следует. Понимание оного пришло вслед за быстрыми шагами за спиной и резким запахом перегара. Кто-то сипло хекнул. Фалко отклонился вправо, и мимо пролетел потертый мужичонка с толстой веткой коралла. Он даже не догадался смягчить падение руками. Так и плюхнулся плашмя на живот. Фалко оглянулся. Других нападающих не наблюдалось.

Фалко потыкал носком сапога лежащего мужичка.

— Чего тебе? — вознесся на винных парах недоуменный вопрос.

Фалко хмыкнул.

— Хочу знать, с чего это ты меня палкой решил попотчевать? На выпивку не хватает, что ли?

— Почему не хватает? — обиделся мужичонка, принимая сидячее положение. — Очень даже хватает. Девочки, вина мне и моему другу.

И он достал из кармана горсть розовых коралок. Фалко с интересом огляделся. Глоток хорошего вина был бы кстати для пересохшего от непотребных мечтаний горла, но из темноты никто не появился и выпить не поднес.

— Уснули что-ль?! — недовольно буркнул мужичонка.

— Может быть, — не стал спорить Фалко. — А вот тебе бы пора уже проснуться.

— Чего? — мужичонка подозрительно уставился на него прищуренными глазами, потом недоуменно огляделся и спросил. — Где это я?

— Там же, где и я, — сообщил Фалко.

— А ты где?

— Здесь.

— Угу. Погоди, а ты кто?

— Тот, кого ты хотел стукнуть палкой. Давай, соображай быстрее, — поторопил его Фалко. — С чего на меня-то бросился, помнишь?

— А то как же, — возмущенно заявил мужичок.

— Рассказывай.

— Так чего рассказывать-то? — буркнул тот. — Сидели мы значит, поминали друга старого. Пили само собой. Много пили. А потом он и говорит, что надо бы приложить тебя отдохнуть. Ты ж вон уже людей на пол роняешь. Того и гляди — бузить начнешь.

— Погоди. Кто говорит?

— Ну, Злюк…

— Это какой-такой Злюк? — прервал его Фалко. — Ворис, что ли?

— Ну да.

— Он жив?! — удивился Фалко.

— Вот балда, — фыркнул мужичонка. — Говорят же ему — умер. Череп на похоронах был, вместе с алым хранителем прах развеивал. Поминки мы по нему справляли.

— Так кто тебе меня велел стукнуть?

— Злюк… Не, погоди. Это когда было?

— Ну, я с тобой уже минут десять канителюсь.

— Не, когда Злюк ко мне приходил?

— Я-то откуда знаю? — удивился Фалко. — Я думал, он умер.

— Дык точно умер, — заверил его мужичонка. — Ничего не понимаю. Ты точно в баре сегодня не бузил?

Фалко с сожалением покачал головой. Вот так всегда. Только обозначится на горизонте нечто интересное, возьмешь в руки подзорную трубу, а там, оказывается просто штормовые обломки на волнах качаются.

— Нет, не я. Хотя, конечно, жаль. Где, говоришь, сидели?

— "У Пузана". У ремонтных доков который.

— И хорошее место?

— А то.

— Будет время, загляну туда.

Фалко повернулся и пошел прочь. На какой-то момент подумалось, а не мог ли Ворис все-таки остаться в числе живых? Если подумать, не мог. Хранитель Заветов и ложь — вещи, несовместимые в принципе. Пережить полное сожжение смертному не дано. Обмануть Хранителя Заветов, знающего Вориса лично Фервор знает сколько времени — еще менее реально. А вот внушить нужную мысль правильно подготовленному пьянчужке — пара пустяков. Только кому мог понадобиться Фалко? У него и знакомых-то в Секундусе не было. Разве что Лимия… Фалко усмехнулся при этой мысли, и отбросил ее, как еще менее разумную. Оставался еще упомянутый пьянчужкой Череп. Друг покойного Вориса, также неоднократно фигурировавший в доносах. Услышал, что Брик ныряет в его водах, и решил принять меры? Пожалуй, самое разумное объяснение. Не он ли и охотится на Алину? Если — да, то ему самое время передумать.