— О боже, — сказала Наташа, — О боже, боже.

— Не волнуйтесь, я уже ушла от него.

— Бывают ситуации, когда лучше сделать ноги, — согласилась Наташа. — Итак, милая, что вам еще рассказать?

— Возможно, я сама — медиум, — вырвалось у Колетт. — Даже точно. Я позвонила по телефону, и мне ответил мертвец.

— Необычно. — Наташа покосилась в сторону, как будто что-то подсчитывая. — И какая служба предоставляет такие услуги?

— Я не звонила ни в какую службу. Я звонила своей свекрови. Оказалось, она умерла.

— Так зачем вы стали ей звонить?

— Да нет, послушайте, вы должны понять, как все произошло. Я не знала, что она умерла, когда позвонила. Я узнала только потом.

— Так она была мертва, когда вы позвонили? Но вы этого не поняли?

— Да.

— То есть она говорила с вами из загробного мира.

— Да.

— И что она вам сказала?

— Сказала, что у нее есть лестничный подъемник. Но она соврала.

— Что ж, может быть… он есть у нее в мире духов?

Колетт задумалась. Рене сказала, что у нее есть все необходимое.

— Мне вообще-то нет дела до того, что именно она сказала, главное — она взяла трубку. Она мне ответила. Поначалу меня беспокоили ее слова насчет подъемника — то, что она даже не сказала мне правды, — но потом, когда я подумала как следует, то поняла: самое удивительное то, что она хоть что-то сказала — ну, вы понимаете. — Слова застряли у Колетт в горле. Она не привыкла выражать свои мысли вслух. Отучилась за время жизни с Гэвином. — Ничего подобного со мной прежде не случалось, но я думаю, это доказывает, что у меня есть дар. Мне немного наскучила моя работа, и я не против перемен. Я подумывала заняться вашим бизнесом. Если за это хорошо платят.

Наташа засмеялась.

— Что ж, если вы уверены, что выдержите конкуренцию. Вам надо практиковаться.

— Что, правда? Разве недостаточно просто уметь делать это?

— Послушайте, — сказала Наташа. — Не хочу показаться враждебной, но вам не кажется, что вы несколько наивны? В смысле, с вашей карьерой сейчас все в порядке, я это вижу. Так зачем все портить? Вам придется развивать свои паранормальные способности, в вашем возрасте вы не можете рассчитывать начать работать без подготовки.

— Что, простите? — переспросила Колетт. — В моем возрасте?

— Я начала в двенадцать лет, — сообщила Наташа. — Вы же не станете утверждать, что вам двенадцать? — Одной рукой она лениво тасовала колоду. — Хотите, посмотрю, что вас ждет? — Она начала расклад, ее ногти царапали рубашку карт. — Значит, так: если вы собираетесь работать с высшими силами, у вас все получится. Ничто не остановит вас. Но сперва надо разобраться со своим «здесь и сейчас», вот мой совет. — Она оторвала взгляд от карт. — Буква «м» приходит на ум.

Колетт поразмыслила.

— Я не знаю никого на эту букву. — А что, если «м» — это «мужчина»?

— Кто-то войдет в вашу жизнь. Скоро. Парень старше вас. Должна сказать, поначалу вы ему не слишком понравитесь.

— А потом?

— Хорошо то, что хорошо кончается, — сказала Наташа, — По-моему, так.

Она ушла разочарованная; подойдя к машине, Колетт обнаружила штраф на лобовом стекле. После этого она прошла курс лечения кристаллами и побывала на нескольких сеансах рэйки. [18] Она договорилась встретиться с Гэвином в новом баре «Мятная плаза». Он приехал первым и, когда она вошла в бар, уже сидел на светло-зеленом, кожаном на вид диванчике, листая «Автоторговца долины Темзы». Перед ним стояла бутылка мексиканского пива.

— Деньги Рене еще не пришли? — спросила она. И заняла стул напротив. — Когда придут, можешь выкупить мою долю квартиры.

— Зря думаешь, что я откажусь от шанса купить приличную тачку, — заявил Гэвин. — Если не «порше», то вот эту «лянчу». — Он бросил журнал на стол. — Вот эту. — Он любезно перевернул картинку на сто восемьдесят градусов. — Сиденья «Рекаро». Тут полная спецификация. Очень шустрая машинка.

— Тогда выстави ее на продажу. Квартиру. Если не можешь выкупить мою долю.

— Ты это говорила. Ты это уже говорила. Я сказал: да. Я согласен. Так что хватит об этом, хорошо?

Повисла пауза. Колетт осмотрелась.

— А тут довольно мило. Тихо.

— Как-то по-женски.

— Возможно, поэтому мне тут и нравится. Я ведь женщина.

Их колени соприкасались под столом. Она попыталась отодвинуться, но стул был привинчен к полу.

— Я хочу, чтобы ты оплачивала пятьдесят процентов счетов, пока квартира не продана, — заявил Гэвин.

— Я оплачу половину ежемесячных расходов на техобслуживание. — Колетт пихнула журнал по столу обратно к нему. — За коммунальные услуги я платить не буду.