Волосы зашевелились у меня на голове, и я почему-то решил, что долгое лицезрение этой настенной скульптуры плохо может отразиться на здоровье. Не осмелился я заглянуть и внутрь, страшась, что деревня эта не мертва, а внутри спят жутковатые обитатели. Я приказал Квотерволзу провести людей через деревню с удвоенной скоростью, и он ничего не сказал, лишь кивнув.

Мы торопливо миновали деревню, и никто из нас не оглядывался, пока она не скрылась из виду.

Прошло еще полдня в походе, и только тогда мы наткнулись на дорогу и двинулись по ней на восток. Мы выяснили, почему ориентировка подвела нас. Ошибки не было. Мы полагали, что дорога идет прямо, а она огибала эту деревню, словно и старейшины страшились общаться с ее загадочными обитателями.

Наверное, этот факт должен был бы меня напугать, но я обрадовался, узнав, что есть кое-что,чего страшатся и сами старейшины.

Через три дня горы уже возвышались над нами, а дорога начинала постепенно карабкаться вверх. Гигантские пики и перевал, куда уходила дорога, были затянуты облаками.

Впереди на дороге показалось какое-то темное пятно. Мы приблизились и разглядели трех всадников, сидящих неподвижно в ожидании. Места вокруг были открытые, никакой опасности не замечалось, и мы подошли к ним.

Я узнал одного всадника. Это была Саиб, прекрасная в своих шелках и отороченной мехом накидке, но с лицом холодным, как горы позади нее.

Возле нее сидел на лошади невысокий старый человек. Волосы его волнами ниспадали из-под шлема, представлявшего собой верхнюю половину черепа волка; спина и плечи были укрыты совершенно необыкновенным плащом, многоцветным, созданным из перьев невиданных радужных птиц, и старик, несомненно, гордился этим предметом своего одеяния. Его костюм дополняли только меховая набедренная повязка и сандалии. Казалось, он не замечал холода. Я решил, что это шаман.

Третьим был здоровенный мужчина высотой футов шести с половиной. Ему уже перевалило за пятьдесят, но можно было не сомневаться, что он остается могучим воином. На нем были бриджи тонкой красной кожи, искусно расшитой золотыми нитками, черные сапоги до колен и того же цвета туника с бронзовыми пластинами. На голове он носил корону, которая, правда, могла считаться и боевым шлемом, отделанную золотом и драгоценными камнями. Борода его была аккуратно пострижена. За плечом виднелась длинная сабля с широким лезвием. К седлу были привязаны две сумки из пятнистой кожи.

– Ты Амальрик Антеро из далекого города Ориссы, – утвердительно заявил воин. По всему было видно, что это и есть вождь племени рез вейн.

– А ты – Сьюян, вождь племени рез вейн, – так же утвердительно сказал я.

– Да. Ты спас мою дочь от псов Исмида.

– Совершенно верно.

– Тем не менее ты отказался взять ее и остальных в рабы. Или воспользоваться правом победителя другим образом.

– И это правда.

– Тебя устрашило мое имя? Ты испугался моей мести? Я усмехнулся и промолчал.

– Думаю, что нет, – предположил он.

– Я не доверяю рабам, – сказал я. – И не верю, что сабля дает человеку какие-то особенные права, какого бы она ни была размера.

– Так полагают только слабые люди, – фыркнул Сьюян. – Но ты не слабак.

Он пристально посмотрел на меня.

– Возможно, в ближайшие годы я совершу путешествие в твои края, в твой город, и попытаюсь понять, откуда у тебя такие мысли, – заявил Сьюян.

– Если ты решишься на это, вся Орисса будет приветствовать тебя как гостя моей семьи.

Я улыбнулся, представив себе, что будет твориться на улицах, когда он и необходимая, по его мнению, свита, прибудет в Ориссу. Увидев мое выражение лица, он кивнул, словно я высказал свою мысль вслух, и тоже улыбнулся.

– Не будучи у меня на службе, ты хорошо послужил мне, – сказал он. – А вот судьба тех, кто служит мне плохо. – Он открыл седельную сумку, сунул внутрь руку и вытащил человеческую голову. Он швырнул ее, и голова покатилась мне под ноги. Она принадлежала Дью, старику, который отвечал за безопасное возвращение Саиб домой. Рядом с глухим стуком упала другая голова, Зива.

– И поскольку ты, будучи вождем, оказал услугу другому вождю, я должен отслужить тебе.

Он замолчал, и я понял, что он ждет моего ответа. Но я не знал, что ответить. Тогда он сказал:

– Я сожалею о том, что ты попал в сети к той колдунье, о которой рассказала мне дочь. Возможно, я вернул бы тебе долг, уничтожив ее, но мой главный шаман посоветовал мне не связываться с магией чужих земель, поскольку она может исходить от тех кудесников за горами, против которых я бессилен. А жаль.