Обед в канун Рождества на ферме Лонгхоуп был настоящим празднеством – почти как само Рождество. И пока Джудит восторгалась племянницей Табитой, хвалила девочку, что та хорошо ходит, когда малышка с торжествующим воркованием приковыляла к ней, Джудит поняла, что уже свыклась с присутствием Ника. Что до самого Ника, то он всегда чувствовал себя как дома у семьи Лонг и за обедом был так занят ответами на вопросы близнецов о наводнении и о поездке на вертолете, что ему почти не удавалось поговорить с Хью, а тем более с Джудит. Она попросила, чтобы высокий стульчик Таб придвинули к ней, тогда она бы покормила девочку и, таким образом, освободила бы незаменимую Нэнси Хиггз, которая могла помочь Маргарет подавать на стол.

Джудит была рада позаботиться о Таб, возбужденной, требовавшей большого внимания. И вдруг, когда все взялись за говядину, тушенную с овощами из собственного огорода, Джудит почувствовала, что она давно не испытывала такого полного счастья.

– Просто объедение, Маргарет, – с удовольствием сказал Ник, вздохнув и откинувшись наконец на стуле. – Я уже забыл, как ты замечательно готовишь.

– А вот Джудит никогда не была выдающейся стряпухой, – рассмеялся Хью и дернулся: Маргарет ударила его ногой под столом.

Ник улыбнулся невозмутимой улыбкой.

– Верно, – легко согласился он, как будто все время терпел от бездарной кулинарии Джудит. Потом Ник обратился к близнецам: – Ну, ребята, как вы думаете, что завтра найдете под елкой?

Мальчики подняли гам, а Маргарет и Нэнси между тем уже раздавали большие куски пирога с начинкой из размороженной малины. Джудит вместо пирога предпочла взять Таб с высокого стульчика и, с ней на коленях, посидеть у камина в старом кресле-качалке. Девочку вскоре сморил сон, и она, держась пухлой ручонкой за тяжелую золотую цепочку, которую Джудит носила на шее, заснула. Какое-то время спустя Джудит подняла взгляд и заметила, что из другого конца комнаты за ней пристально следит Ник. Их глаза встретились, и Джудит первая опустила свои. В замешательстве она провела пальцами по мягким завиткам на головке Таб.

– Если твой друг, Ник, вернется за тобой на вертолете после обеда, – спросила Маргарет, перебивая рассказ Хью о высоком урожае клубники прошлым летом, – куда он тебя доставит?

– Обратно в Фрайерс-Хейвен.

Хью нахмурился.

– Но Джудит говорила, что твои родители на Карибском море.

Ник непринужденно кивнул головой:

– Верно.

– Не собираешься же ты провести Рождество в одиночестве? – с ужасом спросила Маргарет и осуждающе посмотрела в сторону Джудит, наверное виноватой в таком его решении.

– Не пропаду, – с усмешкой ответил Ник.

– Но так нельзя! – вставил, ужаснувшись, Чарли, а брат с жаром поддержал его.

– Ты можешь связаться с мистером Эбботом, Ник? – спросила Маргарет.

Джудит смирилась, угадав мысль невестки.

– Да, я мог бы, – ответил Ник, пряча глаза. – А что?

– Ясно – что, – решительным голосом заговорил Хью. – Позвони этому парню и скажи, что обратно не летишь. Мы настаиваем на том, чтобы ты провел Рождество с нами. Потом откроются дороги, и я отвезу тебя, куда захочешь.

На этот раз Ник, казалось, растерялся и не знал, что сказать в ответ. Он прочистил горло.

– Это очень любезно с твоей стороны, но…

– Никаких «но», – твердо проговорила Маргарет. – И если у тебя в голове какая-нибудь чепуха, вроде того, что ты – лишний рот, брось это. Завтра и без тебя за столом будет двадцать один человек. Двадцать один или двадцать два – для нас никакой разницы, уж поверь.

– Не от меня это зависит, – заметил Ник. Все, кто был за столом, посмотрели на Джудит. Она почувствовала, что краснеет, и небрежно повела плечами.

– Конечно, тебе надо остаться, Ник. Если тебе хочется…

– Хочется, – быстро ответил Ник. – Очень хочется.

Наступило недолгое молчание. Потом Маргарет вскочила на ноги.

– Вот и славно. Все – за дело! Джудит занимается Таб, так что остальные помогают Нэнси мыть посуду, а я засучу рукава и буду печь.

Джудит, прикованная к креслу из-за спящего ребенка, была вынуждена оставаться на месте. Хью договорился с Нэнси, что доставит ее в Чепстоу – она ехала за последними рождественскими покупками – после того, как завезет близнецов в общественный центр при церкви праздновать день рождения их друга. Джудит несколько удивилась, когда Ник попросил Хью прихватить и его. А через полчаса Маргарет и Джудит остались на кухне одни с Таб, которая успела проснуться и сидела в манеже со своими игрушками.

– Ты не против того, чтобы Ник остался? Только честно? – спросила Маргарет, вырезая кружки теста для пирожков.

– Нет, – ответила Джудит. Она была занята приготовлением пряной начинки для двух гигантских индеек, которым предстояло жариться до утра в печах в сарае.

– Нет – и все?

– Кто я тут, чтобы составлять тебе список гостей? Как по-твоему, – спросила Джудит, – достаточно петрушки?

– Брось ты эту петрушку! Я надеюсь, что не испортила тебе Рождество.

– Если учесть, что вначале я думала провести день одна у себя в квартире, то Рождество в Лонгхоуп – это чудесно, – жизнерадостно заверила ее Джудит. – Но есть одно «но»: кроме кое-какого бельишка, которое я держу здесь на всякий случай, мне буквально не во что одеться, пока мои промокшие вещи не высохнут. Да и они совсем не праздничные.