Они пожали руки, и Алекс поспешил покинуть клуб. Уже перед самым выходом он натолкнулся на Васю. Неунывающий парень проводил мастер-класс для одного из капуэристов.

— Запоминай, мой юный друг, — многозначительно говорил Вася, положив на плечо новичку руку в гипсе. — Это называется «снять сливки». Как только заканчивается выступление, не переодеваясь, выходишь в зал и стоишь с таким естественным видом… Мол, да, это я щас был на сцене, да, я крут. Тёлки клюют просто мгновенно.

— Класс! — восхитился новичок.

Вася окинул зал орлиным взором.

— А сейчас мне пора идти «снимать сливки»…

— Но ты же не выступал? — удивился новичок. Вася посмотрел на него сверху вниз:

— Некоторым, чтобы «снимать сливки», на сцене скакать не нужно.

Дослушав до конца фразу, Алекс расхохотался и похлопал приятеля по спине:

— Ты в своём репертуаре! Я поехал.

— Когда начинается самое интересное? — возмутился Вася. — Ну смотри, все девушки мне достанутся!

Они попрощались фирменным рукопожатием, а когда Алекс дошёл до выхода и обернулся, чтобы напоследок оглядеть зал клуба, Вася уже вовсю танцевал с двумя красотками, и, похоже, гипс ему нисколько не мешал. К немалому сожалению, Стаса Рогова и Настю Алекс так и не увидел.

В коридоре он немного замешкался, продираясь через очередь в гардероб, и по вселенскому «закону подлости» практически нос к носу столкнулся с Роговым и Настей. Парочка стояла в очереди и о чём-то спорила на довольно высоких тонах.

Оп-па!

Алекс поспешно опустил голову, полностью спрятав лицо под капюшоном, и начал проталкиваться к выходу.

— Эй, осторожнее! — рявкнул на него кто-то.

— Извините, — буркнул себе под нос Алекс и выскочил за дверь.

Домой. Плевать на всё!

Но на этом его злоключения не закончились. Когда Алекс вышел на дорогу, чтобы поймать машину, у него неожиданно сильно разболелась пострадавшая в схватке с зеленоглазым рука.

— Да что ж такое-то?! — прошипел Алекс, обвиняющее посмотрев на небо, будто кто-то там, наверху, был виноват во всех обрушившихся на его голову невзгодах.

И небо с готовностью ответило ему мелкими капельками дождя.

«Хуже уже некуда», — неожиданно отчётливо понял Алекс и включил плеер, чтобы хоть немного отвлечься от не слишком гостеприимной реальности.

«Харизма», как всегда, нашла подходящие слова:

«Ну точно про меня!» — усмехнулся Алекс.

Именно в этот миг мимо него промчалась шикарная чёрная машина с зелёным неоновым свечением под днищем и очень удачно попала колесом в единственную на всю улицу лужу. К счастью, Алекс стоял достаточно далеко, и выше пояса его всё-таки не забрызгало.

— Спасибо, — картинно поклонился он умчавшейся в сторону клуба иномарке и поплёлся вдоль дороги с поднятой рукой в ожидании попутки.

Чёрная машина припарковалась рядом с клубом, сбавила обороты, но не заглушила двигатель. Водитель и двое пассажиров явно не торопились выходить на улицу, предпочитая пересидеть усилившийся дождь в уютном салоне автомобиля.

— Он должен быть здесь, — уверенно заявил водитель — мужчина со свежим шрамом, идущим от левого виска до самого подбородка.

— С чего ты взял? — поинтересовался второй, сидящий рядом с водителем. Щуплый, но удивительно широкоплечий.

— Сегодня у них выступление в этом клубе. Правда, я слишком поздно нашёл нужную информацию, и оно, скорее всего, уже закончилось, но весьма вероятно, что парень всё ещё там. Кстати, что приятно, на сайте есть все сведения о нём, вплоть до места учёбы.

— Глупо с его стороны, — заметил третий, лениво развалившийся на заднем сиденье и от нечего делать ловко перебрасывающий между пальцами пятирублёвую монету.

— И не говори, — хмыкнул человек со шрамом. — Люди оставляют в Инете столько сведений о себе, что просто диву даёшься. За пару часов можно вычислить с десяток возможных мест для нападения…

Худощавый поморщился:

— А ты уверен, что это необходимо?

— Конечно, — резко ответил человек со шрамом.

— Но ведь Валерий не хотел их убивать. Тогда, на крыше, он их только припугнул, и даже падение того парня с крыши было случайным.

— Угу, — хмыкнул второй. — Он, как обычно, немного перестарался.

Человек со шрамом тоже криво усмехнулся, но мгновенно посерьёзнел.

— Появились новые обстоятельства. Оказывается, на заднем дворе банка была установлена ещё одна камера, не отмеченная на схеме охраны.

— Твою мать!

Сидящий на заднем сиденье мужчина раздражённо сжал пальцами монету, и она согнулась так легко, будто была сделана из мягкого свинца.

— Этих ребят наверняка уже вычислили!

— Спокойно, — хищно улыбнулся человек со шрамом, открывая дверь. — Второй парень ничего не видел, а этот… Его мы уберём сегодня же. Ну в крайнем случае, завтра. Да, и лучше ничего не будем говорить Валере, чтобы не травмировать его излишне развитую совесть.