Отчаянно вскрикнув, доктор упал на колени. Глаза его налились кровью… Они становились все больше и больше, как будто кто-то надувал их изнутри. Вдруг оба глаза выскочили из глазниц с чмокающим звуком и покатились по полу. Достигнув стены пламени, они и исчезли в ней, съеживаясь и шипя.

Нора отвернулась, чтобы не видеть этой ужасной картины. Санитары в растерянности отпустили ее, и она поскорее кинулась к колыбельке. Бедный Николас! Что ему приходится переживать!

Крики аганизировавшего врача сливались с рокотом пламени. Нора заставила себя обернуться и посмотреть на него. Кожа несчастного пошла пузырями, которые логами с громким звуком, обнажая кроваво-красное мясо. Пузырь еще пузырь, еще… —

Тошнота подступила к горлу Норы. Она заставила себя сглотнуть комок в горле. «Успокойся, — приказала она себе. — Ты должна приготовиться к бегству вместе с Николасом.

Вскоре от ее мучителя остался только ослепительно белый скелет. Дэниэл высоко поднял эти жалкие останки и с яростным криком швырнул в одного из санитаров, который уже успел схватиться за дверную ручку.

Второй санитар кинулся к окну, но языки пламени, пущенные руками Дэниэла, настигли его и накрыли, подобно одеялу.

Пламя продолжало пожирать комнату, дотягиваясь до самых дальних углов и раскрасив потолок в яркий оранжевый цвет.

— Нора! — воскликнул Дэниэл.

Она подняла голову и посмотрела в самый центр очага.

Дэниэл протянул к ней руки из самого сердца пламени.

Нора почувствовала жар, исходящий из ладоней Дэниэла.

— Нет, Дэниэл! — воскликнула она. — Неужели ты не узнаешь меня? Я — Нора. Твоя жена. Я знаю, ты не будешь делать мне больно.

С лица Дэниэла падали полоски кожи. Его обожженные руки почти касались ее.

Нора не могла сдвинуться с места. Нельзя было отходить от кроватки — иначе Николас будет беззащитным. Бедная женщина заставила себя посмотреть прямо в сияющие белым пламенем глаза своего мужа.

— Дэниэл, послушай. Ты должен понять. Я — Нора. Наш сын нуждается во мне.

— Беги, Нора, — выдохнул Дэниэл.

Нора кинулась к колыбельке, схватила Николаса и быстро побежала к двери. У выхода она остановилась и обернулась, чтобы в последний раз посмотреть на мужа. Все новые и новые языки пламени вырывались из камина.

— Это твой сын, — дрогнувшим голосом сказала Нора. — Когда он вырастет, он будет очень похож на тебя.

— Уходи! — снова воскликнул Дэниэл. Пламя коснулась его тела, и лицо привидения исказилось от боли.

— Я люблю тебя, Дэниэл, — прокричала Нора.

Дэниэл громко застонал и упал на колени.

Нора кинулась прочь из страшной комнаты. Пламя ними преследовало ее, пока она мчалась по коридору. Огонь ревел, стены уже пылали. Пациенты лечебницы в отчаянии бились в запертые двери, но никто не слышал их криков о помощи. Клубы густого черного дыма, казалось, заполнили все помещения больницы.

Покрепче прижав к себе Николаса, Нора сбежала вниз по лестнице. На нижнем этаже пациентов не запирали, и они беспорядочно метались по коридору.

Нора заметила сидевшую на полу женщину, рая раскачивалась из стороны в сторону, словно; не замечая опасности.

— Пожар! — закричала Нора. — Бегите прочь! Дом горит! Спасайтесь!

Женщина продолжала раскачиваться, и Нора побежала дальше, все быстрее и быстрее.

«Я должна бежать со всех ног, — думала она на ходу в такт собственным шагам. — Я должна спасти Николаса. Я не позволю злу коснуться его. Я не дам ему сгореть в этом пламени».

Она выбежала по парадной лестнице, расшвыривая попадавшихся ей навстречу людей в разные стороны. Врачи и санитарки выкрикивали какие-то приказы и никто, слава Богу, не замечал Нору.

Какой-то мужчина схватил ее за подол рубашки. Вырвавшись от него, Нора услышала треск рвущейся материи и снова побежала прочь. Глаза ее опухли, от вдыхаемого дыма было трудно дышать. Сердце тяжело колотилось в груди, в ушах звенело, в горле пересохло.

«Нужно спасаться, — уговаривала она себя, быстро переступая босыми, покрытыми волдырями ногами по ступенькам парадной лестницы. — Мы обязательно спасемся. Обязательно».

Наконец Нора выбежала во двор через парадную дверь. На улице было еще темно.

Вой пожарных сирен и звон колоколов приветствовали ее на пороге. За ее спиной ревело пламя и раздавались крики людей. Здание лечебницы начало медленно оседать.

Нора даже не стала останавливаться, чтобы перевести дыхание. Она побежала по газону, и холодная, покрытая предрассветной росой трава немного остудила ее горящие от боли ноги.

Достигнув спасительных кустов, она спрятала них и оглянулась на пылающую лечебницу. «Я на свободе», — подумала Нора. В это было трудно поверить.