— Добро пожаловать в Гленроу и дом Иэна Мак-Грегора, лорд Эшберн.

— Благодарю вас. — Бригем принял предложенные ему портвейн и стул. — Я бы хотел узнать о Колле.

— Он отдыхает, но моя дочь Гвен сказала мне, что ночь будет нелегкой. — Иэн сделал паузу, глядя на оловянный кубок, который держал в широкой руке с толстыми пальцами. — Колл писал о вас как о друге. Но вы и без этого стали бы им, так как привезли его к нам.

— Он был и остается моим другом.

Мак-Грегор кивнул.

— Тогда я выпью за ваше здоровье, милорд. — Он тут же это сделал. — Мне говорили, что фамилия вашей бабушки была Мак-Доналд?

— Да. Она родом с острова Скай [23] .

Морщинистое обветренное лицо Иэна осветила улыбка.

— Тогда дважды добро пожаловать. — Он поднял кубок и внимательно посмотрел на гостя. — За истинного короля?

Бригем тоже поднял свой кубок.

— За короля за морем, — сказал он, встретив пронзительный взгляд голубых глаз Иэна. — И за грядущий мятеж.

— За это я тоже выпью. — Иэн осушил кубок одним могучим глотком. — А теперь расскажите мне, как случилось, что мой мальчик был ранен.

Бригем описал засаду, людей, напавших на них, и их одежду. Иэн слушал, склонившись к гостю над большим столом, как будто боялся что-то пропустить.

— Проклятые кровожадные Кэмбеллы! — воскликнул он, стукнув кулаком по столу с такой силой что кубки и фаянсовая посуда подскочили.

— Колл тоже думал, что это они, — кивнул Бригем. — Я немного знаю о кланах и вражде между вами и Кэмбеллами, лорд Мак-Грегор. Это могла быть простая попытка ограбления, а возможно, до них дошло, что якобиты зашевелились.

— Так оно и есть. — Иэн задумался, барабаня пальцами по столу. — Значит, их было четверо против двоих, а? Неплохое соотношение для Кэмбеллов. Вы тоже были ранены?

— Легко. — Бригем пожал плечами. Этот жест он приобрел во Франции. — Если бы лошадь Колла не поскользнулась, он бы отразил выпад. Колл — превосходный фехтовальщик.

— То же самое он говорит о вас. — Зубы Иэна блеснули. Больше всего на свете он восхищался хорошими бойцами. — Что за стычка была на дороге в Кале?

Бригем усмехнулся:

— Всего лишь развлечение.

— Я бы хотел услышать об этом побольше, но сначала расскажите мне, что можете, о красавчике-принце и его планах.

Они говорили несколько часов, опустошив бутылку портвейна и начав другую при колеблющемся пламени свечей. Формальности были позади: теперь они стали просто двумя мужчинами — у одного расцвет лет был позади, а другой только приближался к нему. Оба были воинами по рождению и темпераменту. Они могли сражаться по разным причинам — один в отчаянной попытке сохранить землю и образ жизни, другой ради простой справедливости. Когда они расставались — Иэн, чтобы взглянуть на сына, а Бригем, чтобы подышать воздухом и проверить лошадей, — то чувствовали, что хорошо знают друг друга.

Бригем вернулся поздно. В доме было тихо. Снаружи свистел ветер, усиливая чувство изоляции, удаленности от Лондона и всего привычного.

У двери горела свеча, помогая найти дорогу. Взяв ее, Бригем начал подниматься по лестнице, хотя понимал, что слишком возбужден для сна. Мак-Грегоры интересовали его с тех пор, как он и Колл распили первую бутылку и поведали истории своей жизни. Бригем знал, что семья Колла крепко спаяна не только кровными узами, но любовью друг к другу и своей земле. Этим вечером он стал свидетелем их взаимной преданности. Когда он принес Колла в дом, не было ни истерик, ни плачущих и падающих в обморок женщин. Каждый делал то, что нужно.

Именно в такой силе и преданности будет нуждаться принц Чарлз ближайшие несколько месяцев.

При свете свечи Бригем прошел мимо своей комнаты и открыл дверь комнаты Колла. Пологи кровати были отдернуты, и он увидел, что его друг все еще спит, укрытый одеялами. У кровати на стуле сидела Сирина, читая книгу при свете прикроватной свечи.

Впервые Бригем увидел ее соответствующей своему имени. В мягких отсветах пламени лицо девушки было спокойным и прекрасным. Ее волосы поблескивали, опускаясь на спину. Она сменила платье на темно-зеленый ночной халат с высоким воротником. Услышав бормотание брата, Сирина подняла взгляд и положила руку на его запястье, проверяя пульс.

— Как он?

При звуке голоса Бригема девушка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Ее лицо стало бесстрастным, она снова откинулась назад и закрыла книгу, которую держала на коленях.

— У него все еще жар. Гвен думает, что он спадет к утру.

Бригем двинулся к изножью кровати. Позади него горел огонь. Запахи лекарств и мака смешивались с дымом.

— Колл говорил мне, что Гвен умеет творить чудеса с травами. Я видел врачей, которые зашивали рану менее уверенной рукой.