— Думаю, Урджин, это ревность говорила в ней, — заметил Камилли.

— Какая ревность, Камилли? К кому?

— Простая женская ревность, когда в зале оказывается на одну красивую женщину больше, чем было до этого.

— Это правда, Сафелия?

— Тебя это не касается, Урджин. Я всего лишь на год младше твоей жены, и не собираюсь отчитываться перед тобой.

— В отличие от моей жены, сегодня меня опозорила ты. И судя по всему, в свои двадцать три она умеет мыслить вполне здраво, не в пример тебе.

— Я извинюсь за все что натворила, и ситуация будет исчерпана.

— Это решать ей и Стефану, а не нам с тобой. А теперь иди к себе и молись, чтобы на извинениях все и закончилось. Меньше всего мне сейчас нужно вести немую войну со своей собственной женой.

— Семь лет тебе было наплевать на нее и ее род, а теперь вдруг она стала такой важной для тебя. Знаешь, что я тебе скажу, если бы меня оскорбили в день моей свадьбы так же, как ее, я бы никогда этого не простила. А если ты сейчас обнаружил, что твоя нареченная любую из твоих бывших любовниц заткнет за пояс, не думай, что она так же быстро ляжет с тобой в постель, как это сделали они.

— Что это была за бравада только что?

— Я знаю тебя всю жизнь. И этот блеск в твоих глазах так же мне знаком. Только боюсь, что цена за эту женщину окажется слишком высокой.

— И что эта за цена, по-твоему?

— Смотри, не лишишь всего, потому что любовь, если она безответна, разрушает человека изнутри, превращая его в существо без воли и характера.

Она отвернулась от брата и побрела к себе в комнату. Легкая улыбка коснулась ее губ, когда она представила выражение его лица. Возможно, Эста действительно слишком красива, и Урджин непременно захочет владеть ей безраздельно. Но то, что эта женщина за свою благосклонность запросит не только его сердце, Сафелия знала наверняка, как и то, что если он полюбит ее, то действительно отдаст ей все безвозмездно.

Утром Урджин как обычно собирался позавтракать в кругу родных на своем корабле. Что принесет ему этот день, он не знал, и, честно говоря, на лучшее не надеялся. Войдя в столовую, полностью погруженным в свои мысли, он сразу же направился к кофеварке со словами: "Всем доброе утро!".

Прибор стоял на отдельном столике за специальной декоративной стенкой. Абсолютное молчание в помещении при его появлении показалось ему немного необычным.

— Сафелия, ты уже подумала, как пойдешь с повинной к Стефану и Эсте?

— Урджин, ты выглядишь уставшим. Наверное, не очень хорошо спал?

— Да, если честно. Мне почему-то казалось, что меня придушат во сне, — засмеялся он. — А если ты еще что-нибудь выкинешь, так оно и будет.

— Ну вот, стоит человеку не выспаться, как он тут же теряет толику своей бдительности. Обычно ты более внимателен к деталям.

— Что ты этим хочешь сказать?

Автомат закончил выплескивать кофе в кружку и издал непонятный звук.

— Ничего. Сегодня на завтрак у нас твое любимое блюдо: моллюски в соусе.

— Прекрасное начало дня. Ты специально попросила их приготовить, чтобы доставить мне удовольствие?

Урджин поднес кружку кофе ко рту и сделал первый глоток.

— А ты знал, что на Олмании они не водятся?

— Нет. И слава Богу, что их никогда не будет на праздничном столе на этой планете.

— Думаю, ты прав. Особенно после того, как выяснилось, что Эста их тоже терпеть не может.

— Что?

Вдруг кто-то начал хохотать. Урджин выглянул из-за стены и увидел смеющихся Эсту и Стефана, сидящих рядом с Камилли и Сафелией. Все четверо пригибались к столу, обхватив животы руками. Урджин спокойно вышел из укрытия и с непроницаемым видом поприветствовал гостей. Эста со Стефаном отвечать были не в состоянии, и только закивали головами в ответ.

Стефан был одет неофициально: в рубашку и широкие штаны. На Эсте был все тот же черный плащ и перчатки, однако от ее искрящегося радостью лица, которое сейчас не скрывал капюшон, он не мог отвести взгляд. Она была такой красивой в этот момент. Яркие глаза прикрыты пышными ресницами и уже наполнены слезами смеха, волосы непослушными локонами торчат в разные стороны, и эти бледно-розовые щечки с маленькими ямочками в уголках рта, к которым так хочется прижаться теплыми губами… Урджин вздрогнул, когда понял о чем думает, и перевел взгляд на кружку с кофе в своих руках.

Когда все успокоились, он продолжил беседу.

— Как Вы себя чувствуете, Эста? Надеюсь, все в порядке?

— В полном. Спасибо.

— Я рад, что развеселил вас с самого утра.

— Что вы! Благодаря Вам мы с братом получили редкую возможность посмеяться от души.

— Сафелия принесла Вам свои извинения?

— Да, сегодня утром она сперва навестила меня, — отозвался Стэфан. — Затем мы зашли к Эсте и через несколько минут оказались на Вашем корабле. Кстати, он весьма впечатляет.