Сбившись в кучу, бабочки-монархи всю зиму проводят в сонной дремоте на заросших мхом ветвях калифорнийской сосны. Весной вместе с птицами полетят они на север.

Эту перелётную стаю капустниц застал в пути шторм. Измученные бабочки упали на землю.

Разные способы мечения перелётных бабочек.

Тысячи перелётных божьих коровок облепили ствол дерева живой копошащейся «корой».

Собравшиеся на зимовку божьи коровки.

То не буря чёрной тучей мчится над саванной — приближается восьмая казнь египетская. Саранча!

Портрет саранчи.

Стая саранчи над тропическим лесом.

Отважный истребитель прожорливых кузнечиков — египетский сфекс. Самки этих ос всюду следуют за походными эскадрильями саранчи.

Легендарные колорадские жуки.

Прокачивая воду через сифон (трубка над «рогами»), улитка жадно ловит соблазнительные для её вкуса запахи.

Момент весьма драматический: наездник эфиальт, открыв в стволе дерева личинку короеда, протыкает её (и дерево!) своей парализующей шпагой.

Пчелиный волк возвращается с добычей: несёт к норке парализованную пчелу.

Такие магнитики прикрепляли к крыльям голубей, когда пытались выяснить, ориентируются ли птицы по магнитному полю Земли.

Павильон, в котором Крамер производил свои знаменитые опыты.

Клетка Крамера с двенадцатью одинаковыми кормушками вокруг неё.

Карта кварталов Мюнхена, по которым лежал путь «Норы». Первый раз её завезли в пункт А. Она вернулась домой по пути, отмеченному пунктом А1 — Е1. А — Е — вторичное и более прямолинейное возвращение из пункта А. А2 — Е2 — третье возвращение из других незнакомых кварталов.

Летучая мышь-рыболов парит низко над водой, нащупывая своим совершенным сонаром рыбу.

Вот добыча запеленгована — когтистые лапы быстро погружаются в воду, и рыбёшка уже во рту у рыболова!

Рыба с радаром — гимнархус! Обратите внимание на ундулирующие колебания её спинного плавника: бегущие по нему волны передвигают эту странную рыбу одинаково легко и головой, и хвостом вперёд.

Козодой гуахаро — птица, наделённая эхолокатором.