Насытившись, мы в ожидании уставились на двери заведения. Поэтому не сразу сообразили, что ярко накрашенная девица в топике и в обтягивающей кожаной юбке обращается к нам.

– Девочка, – прочувствованно сказал Нили, – за услуги подобных тебе мы не платим. Все, что скрывается под этой юбочкой, можно получить и задарма.

Девица возмущенно тряхнула перистой шевелюрой и ответила на чистом английском:

– Меня зовут Ли Чин. Мне сказали, что вам нужна гадалка.

При мысли о гадалке мне скорее рисовалась эдакая согнутая под грузом лет и чужих судеб вельва, однако что есть, то есть. Девица с мужским именем Ли весело помахала свирепому мужику с тесаком за прилавком и велела следовать за собой.

Привела она нас, конечно, в один из домиков Веселого Квартала. В драпированной полупрозрачной тканью комнате приторно пахло ванилью и лотосом от курительных палочек. Войдя в жилище и заперев дверь, девица немедленно присоединила еще одну палочку к ее тлеющим на подставке собратьям.

– Ну, что у вас там есть, давайте.

Нили скинул с плеча рюкзак и вытащил завернутое в пакет желтое полотнище. Девица, отпихнув несколько подвернувшихся под ноги оранжевых пуфиков, расстелила ткань на полу. Откуда-то она добыла кисточку, чернильницу и полоску папируса.

– Как тут все основательно поставлено, – восхитился Нили.

Девица на него шикнула.

Покрутившись над желтой тряпкой с бурыми отпечатками кишок, она склонилась к папирусу и вывела строчку китайских иероглифов. Надпись смотрелась скудно.

– И это все? – продолжал издеваться Нили. – Так много кишок и так мало букв? Не по труду берете, дамочка.

Тут девка неожиданно вскочила и, вскинув кисточку, поднесла ее к нилиному носу. Тот захлопал глазами. Некромант мягко взял моего телохранителя за руку и оттащил от девицы.

– Нили, прекратите паясничать. Вам совсем не понравится, если эта девушка вас пометит.

Нили сник. Девка, еще немного пораздував ноздри, процедила сквозь стиснутые зубы.

– Это все, что сказали мне узоры на вашей тряпке. Лучше надо было пропечатывать.

Она сунула папирус мне.

– И что я должен с этим делать? – спросил я.

Изъясняться по-китайски я мог с грехом пополам, а вот иероглифическому письму обучен не был.

– Милая, прочитайте хотя бы, что здесь написано. За две штуки баксов вы это сделать можете?

Девица мотнула головой, так что пряди у нее надо лбом разлетелись в стороны. Симпатичная, кстати, девица.

– Читать вслух не могу. Прочесть может лишь тот, кому предназначено предсказание.

Иамен вытащил свиток у меня из пальцев.

– Это не иероглифы, просто стилизованный алфавит, – сказал он, изучив папирус. – «Ты найдешь то, что ищешь, на горе Будды, в глазу Кришны». А почему «Будда» с одной «д»?

– Девочка у нас неграмотная, – снова заржал Нили.

– Идиот, – вспыхнула гадалка. – Я записала лишь то, что сказали мне внутренности. В точности.

Я почесал в затылке.

– Ну, в горах Будды мы уже побывали, и не нашли ничего, кроме нескольких тонн дерьма.

– Постойте, – сказал некромант.

Он еще раз повертел в пальцах записку.

– Не могли бы вы, – обратился Иамен к гадалке, – записать то же самое иероглифами?

Девочка передернула плечами, но, снова взяв в руки кисть, просьбу Иамена выполнила. Он внимательно наблюдал за ее работой.

– Это не символ, обозначающий Будду. Это название города.

– Будапешт?

– Думаю, да. Причем именно старая часть Будапешта.

Нили, между тем, обходил комнату. Перевернув один из пуфиков, он поднял кружевной женский бюстгальтер и завертел на пальце.

– Кажется, девочка Ли Чин живет не только предсказаниями судьбы. Сколько ты берешь за вечер, мордашка?

Девка подскочила к нему и влепила звонкую пощечину. Нили перехватил ее руку, подтянул девицу ближе к себе и смачно поцеловал в губы. Я вздохнул. Иамен сделал шаг, чтобы вмешаться в потасовку – уж не знаю, на чьей стороне – но я вовремя его перехватил и потащил из комнаты.

– Ингве, что…

– Сами разберутся.

И они разобрались. Нили заявился в наше бунгало только под утро. Плюхнулся на стул, вытащил из кармана бутылку «Гиннеса», пальцами содрал крышку и опрокинул пиво себе в глотку. Вид у него был довольный и победительный. Мы с Иаменом укоризненно на него посмотрели.

– Ну че, че? – с вызовом вопросил мой телохранитель, вытирая пену с бороды. – Уже и личной жизни честный служака позволить себе не может?

Иамен покачал головой.