До этой секунды я не знала, что такое страх. Меня окатило ужасом, как ледяной водой, зато теперь выяснилось, что я умею бегать очень быстро. Я не кричала — какой смысл, если я была в лесу, где меня никто не услышит? Мой самый тупой поступок — и похоже, что и самый последний в жизни. Я даже мобильник с собой не взяла, потому что здесь нет сети. Помощи ждать неоткуда. Оставалось бежать так, словно черти наступали мне на пятки.

Я слышала его топот, слышала, как трещали сучья и хрустели листья у него под ногами. Он приближался. О боже, как быстро он бежит! Разве это вообще возможно? «Тебя учили обороняться, — подумала я. — Ты должна знать, что делать в подобной ситуации!» Да только я ничего не могла вспомнить. И думать не могла. Ветки цеплялись за рукава моей куртки, за пряди волос — узел давно развалился. Я споткнулась о камень, сильно прикусила язык, но продолжала мчаться вперед. Он все приближался и был уже совсем рядом. Нужно бежать еще быстрее. Но я не могла.

— Ай! — вскрикнула я, когда он схватил меня, и мы рухнули на землю.

Я сильно ударилась спиной, он придавил меня всем весом, ноги наши переплелись. Он зажал мне рот, но одну руку я сумела высвободить. В старой школе на уроках самообороны нас учили целиться в глаза. Серьезно, просто ткнуть пальцами в глаза. Я всегда считала, что смогу это сделать, если придется спасать себя или кого-то другого, но как я ни перепугалась сейчас, все равно никак не могла себя заставить. Я согнула пальцы, пытаясь настроиться.

В этот миг парень прошептал:

— Ты видела того, кто за тобой гнался?

Я уставилась на него и несколько секунд просто смотрела. Он убрал руку от моего рта, чтобы я могла ответить. Он всей тяжестью прижимал меня к земле, и мир вокруг стремительно вращался.

— В смысле — кроме тебя? — выдавила я наконец.

— Кроме меня? — Похоже, он вообще не понимал, о чем я. Потом осторожно оглянулся. — Ты от кого-то убегала, разве нет?

— Я просто бежала. За мной никто не гнался, кроме тебя.

— Ты хочешь сказать, что подумала... — Парень резко отпрянул от меня, и я оказалась на свободе. — Ох, извини. Я просто хотел... Вот черт, наверное, я напугал тебя до смерти.

— Ты хотел помочь? — Пришлось произнести это вслух, иначе я просто не могла поверить своим ушам.

Он быстро закивал. Его лицо все еще оставалось близко к моему. Казалось, что больше ничего не существовало — только мы и медленно кружившийся туман.

— Наверняка я тебя ужасно перепугал — и прошу прощения. Я вправду думал...

Слова не помогали; голова кружилась все сильнее. Мне срочно требовались глоток воздуха и покой. И что-нибудь, о чем я могла бы подумать, пока этот парень так близко ко мне. Я ткнула в него пальцем и сказала то, чего никогда никому в жизни не говорила, и уж точно не незнакомцу, тем более испугавшему меня незнакомцу:

— Просто заткнись.

И он заткнулся.

Вздохнув, я опустила голову на землю и прижала ладони к глазам, надавив так сильно, что под веками заплясали красные пятна. Во рту чувствовался сильный привкус крови, а сердце до сих пор так колотилось, что мне казалось, будто грудная клетка сотрясается. Я вполне могла обмочиться, и вся ситуация стала бы еще унизительней. Но я сделала несколько глубоких вдохов и в конце концов смогла сесть. Парень по-прежнему был рядом.

— А зачем ты меня схватил? — спросила я с трудом.

— Подумал, что нам нужно укрытие. Ну, спрятаться куда-нибудь от твоего преследователя, да только оказалось, что... — он выглядел смущенным, — не от кого.

Он наклонил голову, и я смогла на его рассмотреть. Собственно, до сих пор у меня не было на это времени; когда ты думаешь о ком-то, что это психованный убийца, тебе не до деталей. А теперь я увидела, что это вовсе не взрослый мужчина, как мне казалось раньше. Высокий и широкоплечий, он все же был совсем юным, примерно моего возраста, с прямыми золотисто-каштановыми волосами, падавшими ему на лоб и растрепавшимися за время погони, с квадратной челюстью, крепким мускулистым телом и выразительными темно-зелеными глазами.

Но самым примечательным в нем оказалась одежда под длинным черным пальто: потертые черные ботинки, черные шерстяные брюки и темно-красный свитер с V-образным вырезом и знакомым гербом: два ворона, вышитые по обеим сторонам серебряного меча. Герб «Вечной ночи».

— Так ты ученик, — сказала я, — здешней школы.

— Вот-вот им стану. — Он говорил негромко, словно боялся опять меня испугать. — А ты?

Я кивнула, тряхнула спутанными волосами и стала скручивать их в узел.

— Это мой первый год. Родители получили здесь работу, они учителя, так что я... у меня нет выбора.

Похоже, это показалось ему странным, потому что он нахмурился, и взгляд зеленых глаз внезапно стал изучающим и неуверенным. Впрочем, через секунду он протянул мне руку:

— Лукас Росс.

— О, привет. — Ужасно странно представляться человеку, про которого ты пять минут назад думала, что он хочет тебя убить. — Меня зовут Бьянка Оливьер.

— У тебя пульс такой частый, сердце колотится как сумасшедшее, — пробормотал Лукас. Он пристально вглядывался мне в лицо, и я снова занервничала, правда не так, как в прошлый раз. — Ну хорошо, если ты ни от кого не убегала, то почему так мчалась? Это никак не походило на утреннюю пробежку.