— Мы хотим? — спросил Феорин у Милки.

— Определенно, — кивнула Милка. Она низко поклонилась Артуру, а затем, почти так же низко — Листок.

— Пора ловить прилив, — произнес Мореход. — Я моряк, Артур. Давным-давно я решил, что хочу держаться подальше от политики и возни Дома. Когда мой долг тебе будет выплачен, я не вернусь больше, кроме как если сам того пожелаю.

Мореход отсалютовал Артуру. Затем он и его новая команда ушли, им предстояло взобраться вверх, к краю кратера, где крохотный звездный кораблик примостился возле трещины в куполе. Когда они уходили, Листок уловила, как Феорин спрашивал Морехода — переплетен ли его бортовой журнал в обычную кожу или в телячью.

— Я решил, — сказал Артур. — Я отправлюсь на Землю с тобой, Листок, и со спящими. Сьюзи — ты, Фред, и Волеизъявление на тарелке переноса переместитесь в Великий Лабиринт. С собой возьмете Пятницу, чтобы ее там поместили под замок, и ее Полдня и Заката. Доктор Скамандрос, у меня с собой тарелка, которая перенесла меня в Средний Дом. Перенастройте ее на Дневную комнату Понедельника. Я помню, что Первоначальствующая Госпожа отправила вас присматривать за Стариком.

— Не Старик меня беспокоит, — сказал доктор Скамандрос. — Он прикован, как и всегда. Но среди сборщиков угля идут необычные веяния, и прочие странности происходят в подвалах. Я это исследую.

— Тебе я передам четыре Ключа, чтобы вернуть их Первоначальствующей Госпоже, — сказал Артур Зверю. — Пятый мне понадобится, чтобы вернуться в Дом. Что я сделаю как можно скорее.

— А я бы их все оставила себе, — сказала Сьюзи.

— Нет, — не согласился Артур. — Все, что обладает силой Дома, будь то Житель или Ключ, плохо сказывается на Второстепенных Царствах. По моей вине дома уже и так были и моры, и прочие неприятности. И потом, Госпоже Ключи понадобятся, чтобы сражаться с Дудочником. И Субботой.

— Суббота! — воскликнула Сьюзи. — Кстати. Куда я засунула?

Она принялась рыться в карманах бумажного одеяния, достала листок бумаги и вручила Артуру.

— Эта бумага была у старины Угги. Думаю, он забрал ее у Взращенной Крысы, которая прибыла с тарелкой, присланной Субботе. Ну той, чьи следы мы видели на снегу. На обороте окровавленный отпечаток лапы, видишь?

— И что это? — спросил Артур, разворачивая листок.

— Что-то, за что Взращенная Крыса отдала жизнь, я так думаю.

То, что было написано на листке, Артур прочел вслух. Этот кусок оторвали от большего, а на краю когда-то была печать — на бумаге остался след радужного воска, какой использовали все Доверенные Лица.

В последний раз повторяю — я не желаю вмешиваться. Разбирайся с делами Дома, как пожелаешь. В конце концов никакой разницы не будет.