— Нет, только не это, — смеясь, ответил Кристофер. — На пользу тебе это не пойдет. И, к сожалению, пахнет оно тоже довольно отвратительно.

— Но, Кристофер, — сказала она, растягивая слова и глядя на него проницательным, уже взрослым взглядом, — что же мне с этим делать?

Он присел на край кровати, осторожно взял бутылочку у неё из рук и подержал её на свету.

— Помнишь, как ты рассказывала мне о своем желании, когда мы катались на лодке вокруг замка?

— Да, конечно, — ответила она, все еще ничего не понимая.

Кристофер кивнул и взболтнул закрытый сосуд.

— В этой бутылочке твое желание. Ты сказала, что хочешь иметь черные волосы, как у мамы и Ауры. Так вот они! С помощью этого средства они у тебя скоро станут такими же.

Свет вспыхнул в голубых глазах Сильветты.

— Это краска для моих волос?

— Что-то в этом роде, я сам смешал.

— Ты? А ты умеешь?

— Я попросил одну из кухарок срезать для меня прядь своих светлых волос. Я покрасил их этим, и они стали абсолютно черными. В точности такими же, как волосы Ауры и мамы.

— Честно?

— Честное слово! — сказал он, положа руку на сердце.

Казалось, это убедило её, поскольку она издала громкий радостный вопль и бросилась ему на шею. Кристофер ошарашенно упал на спину, в то время как девочка смачно чмокнула его в щеку.

— Ты самый лучший. — Она взяла у него из рук бутылочку и, ликуя от радости, бросилась к туалетному столику. Сильветта села на табурет и принялась рассматривать в зеркале свои светлые локоны, а затем снова с ожиданием взглянула на сосуд.

Кристофер присел рядом с ней на корточки.

— Давай, я тебе все объясню.

Убедившись, что Сильветта будет применять жидкость правильно, он встал и пошел к двери.

— Увидимся на уроке, — сказал он и хотел было уже покинуть комнату, когда Сильветта крикнула ему вдогонку:

— Подожди, не уходи!

Она вскочила с табурета, снова превратившись в одиннадцатилетнюю игрунью.

— Я хочу тебе кое-что показать. — Она схватила его за руку и потянула за собой. — Учти, это тайна.

Добродушно улыбаясь, он последовал за ней к большому богато украшенному шкафу, на дверях которого был инкрустирован цветочный натюрморт. Сильветта открыла правую створку, отодвинула многочисленные нарядные платья в сторону и нашла нечто, что было занавешено платком. Судя по форме и размеру, речь шла о картинной раме.

— Это самая большая тайна, которая у меня есть, — гордо сказала Сильветта и заговорщически посмотрела на него. — Никто о ней не знает, ни один человек во всем мире. Ты должен пообещать мне, что никому об этом не расскажешь.

Кристофера глубоко тронуло это детское доверие; за исключением брата Маркуса, еще никто не выказывал ему такой открытой привязанности.

— Я обещаю, — прошептал он и прижал её к себе. — Но, — добавил он, когда она уже собиралась отодвинуть в сторону платок, — ты правда хочешь открыть мне свою тайну? Учти, что тогда это уже не будет тайной.

После минутного колебания Сильветта еще раз повернулась к нему.

— Ты что, не хочешь посмотреть?

— Ну что ты, — возразил Кристофер. Ему почему-то вдруг стало грустно. — Конечно, хочу. Но не кажется ли тебе, что такую честь вначале нужно заслужить?

— Но ведь ты теперь мой брат. И ты сделал мне подарок.

— Даниель тебе тоже что-то подарит, и мама тоже.

Она упрямо наморщила лоб.

— Но их я люблю не так сильно, как тебя.

«Я закопал твоего отца в саду, — подумал Кристофер, — а ты говоришь, что любишь меня?» Внезапно он стал сам себе так отвратителен, что ему захотелось выйти прочь, прочь из этой комнаты и прочь от этого ребенка, который несмотря ни на что так сильно доверяет ему. Он еще раз обнял её и сказал:

— Знаешь, если ты мне раскроешь свою тайну, то это уже перестанет быть тайной, даже если я никому об этом не расскажу. Подожди немного. Когда-нибудь я это заслужу. Понимаешь, что я хочу сказать?

Его слова были какими-то неуклюжими и смущенными, и он боялся, что она неправильно поймет его отказ. Но он удивился, когда увидел, как по нежному тонкому лицу Сильветты проскользнула умная улыбка.

— Мы дадим друг другу клятву, да? Ты защищаешь меня, а я защищаю тебя. Если я тебе помогу, ты откроешь мне твою тайну, а если ты поможешь мне, я открою тебе свою тайну.