Это произошло так стремительно, что Андрей не успел удержать его.

Кинжал по рукоять вошел в горло. Доменикус схватил его обеими руками и издал клокочущий звук, выхаркнув изо рта кровь.

Мария пронзительно закричала, словно от боли, и так стремительно ринулась к брату, что Андрей едва успел отвести в сторону меч. Мальтус с рычанием обнажил оружие, но в спешке налетел на солдата и упал на землю.

В следующее мгновение Андрей словно очнулся от происходящего ужаса, он развернулся и потащил за собой Фредерика, успев заметить, как Мария, державшая брата, упала на землю, когда тот рухнул замертво.

Между тем оба беглеца уже затерялись в толпе. Андрей, не тратя времени, чтобы смотреть, не гонятся ли за ними, отчаянно прокладывал себе путь. Когда они добрались до узкой улочки, уходившей в сторону между двумя побеленными домами, он обернулся наконец назад. Их действительно преследовали — правда, не Мальтус и стража инквизитора, а полдюжины солдат герцога. Оранжево-белые действовали гораздо бесцеремоннее, чем они с Фредериком, продираясь сквозь толпу, и применяли оружие, чтобы продвигаться быстрее. Расстояние между ними с каждой секундой сокращалось.

Андрей метнулся влево, подскочил к прилавку с овощами и нанес по нему три молниеносных удара мечом. Прилавок обрушился и превратился в лавину катящихся кочанов капусты, луковиц и реп. Применив тот же прием еще к одному базарному прилавку, Андрей через плечо увидел, как часть преследователей заскользила в низвергающемся потоке разбитых глиняных горшков, а остальные запутались в каком-то развевающемся полотнище величиной с небольшой парус. Андрей и Фредерик попытались ускорить свой бег, но толпа, сквозь которую им пришлось пробиваться, задерживала их.

Наконец они вбежали в узкую улочку. Через несколько метров Андрей узнал ее: он был здесь вчера. У них появился шанс уйти от преследователей.

Никто не пытался их остановить, они быстро пошли вперед, то и дело меняя направление: Андрей уже точно знал, куда им надо идти. «Завлечь бы преследователей на ложный путь, — думал он, — и мы свободны, по крайней мере на какое-то время».

Чтобы не бросаться в глаза прохожим и перевести дух, они сбавили шаг.

— Куда пойдем? — спросил Фредерик.

— А как ты думаешь, — ответил Андрей, — после твоего блестящего броска у нас есть выбор?

Встречавшиеся люди уступали им дорогу или, по крайней мере, старались не слишком разглядывать их, и в этом он видел недоверие, что не было удивительным: на перевязи у него висел необычный меч, да и следы крови на шее Фредерика были не таким уж будничным делом. Андрей понимал, что только исключительно надежное убежище может их спасти, если они не хотят, чтобы на них донесли в самое ближайшее время. Во всяком случае, они должны немедленно уничтожить бросающиеся в глаза следы, которые оставили последние события.

С базарной площади все еще доносились шум, возбуждение и крики. Андрей не сомневался в том, что охота на них ширится. Опаленный, одетый в приметную одежду незнакомец с дорогим мечом и потерявший волосы мальчик со свежей резаной раной на шее… Их нетрудно узнать даже в таком большом городе.

Если повезет, можно будет воспользоваться прежним убежищем. Прошлой ночью их не обнаружили, и, значит, они могут еще на пару часов укрыться в заброшенном доме.

Шум и крики со стороны базара становились все громче, но тут пока никто не обратил на это внимания. Андрей остановился и посмотрел по сторонам. Убедившись, что за ними никто не следит, он схватил Фредерика за руку и потянул за собой.

Быстрым шагом прошли они каменную подворотню и направились к покосившейся двери знакомого дома. Последний, брошенный для уверенности взгляд подтвердил, что ими никто не интересовался. Деляну еще различал шум базарной площади и доносившиеся с улицы звуки, но сам дом встретил их мертвой тишиной.

Оттянув в сторону дверь, он грубо толкнул внутрь Фредерика и вдобавок дал ему пинка, так что мальчишка кувырком влетел в комнату. Как и в прошлый раз, здесь висел пыльный свет и сладковатый приторный запах, застревавший в горле. Однако сейчас это было Андрею безразлично. Убежище показалось ему добрым, верным другом, который в отчаянной ситуации бескорыстно пришел на помощь.

Он прикрыл за собой дверь и поспешил к окну на противоположной стороне, зная, что из него сквозь щели досок можно увидеть всю улицу. На ней в этот час было совсем немного людей, все занимались своими делами.

Он медленно повернулся к Фредерику. Тот оторвал полосу от подола своей рубахи и делал неловкие попытки перевязать себе горло. Как определил Андрей, царапина на его шее уже давно не кровоточила, но, видимо, Фредерик, как и он сам, думал, что по этой примете их могут легко опознать.