– Я все рассказала. – Настя уставилась на свои босые ноги. Надо было бы надеть сапоги, но теперь, когда допрос с пристрастием уже начался, поздно. Придется так – в телогрейке и босиком…

– Это он на тебя вчера напал? – Макар кивнул в сторону мертвого человека.

– Я не знаю, я же уже говорила вам, что ничего не видела.

– Ладно, вчера ты его не видела, а сегодня?

– И сегодня не видела. Все очень быстро произошло, я толком ничего не поняла.

– Толком ничего не поняла, но нож в него всадить успела. – Это Егор. Смотрит настороженно, покусывает травинку. – Кстати, для тебя спать с ножом – это обычное дело?

– Нет, это я просто на всякий случай, после вчерашнего.

– То есть ты готовилась к тому, что нападение может повториться?

– Ни к чему я не готовилась! – Настя сжала кулаки. – Это вы готовились! Даже оружие зарядили!

– Наблюдательная, – хмыкнул Макар. – Ну ладно, нож ты с собой просто так взяла, а дальше-то что было?

– Ничего. На меня во сне кто-то навалился, тряпку какую-то к лицу прижал. Вот я и пырнула…

– Пырнула она, – проворчал Макар. – А если бы это кто-то из своих был?

– А кто здесь свой? – спросила она шепотом.

– Вишь, как она запела?! – подал голос Померанцев. – Тут, оказывается, кругом враги!

– Может, она и права, – Макар поскреб бороду. – Ты видел, как этот головорез был вооружен?

– Может, тоже охотник? – предположил Егор.

– Ага, охотник! А та дрянь, которой он Наталью вырубил, ему нужна была, чтобы медведей усыплять! Нет, он на конкретную зверушку охотился. – Егерь недобро посмотрел на Настю. Выдержать этот взгляд было нелегко, но отводить глаза она не стала. Она ведь не сделала ничего плохого!

– Вот и я говорю, что все из-за нее! – Антон сорвался на крик. – Это за ней тот урод пришел!

– А ты тоже хорош! – вызверился Макар. – Какого черта ты в него палить начал?!

– А такого черта, что, когда в тебя стреляют, надо как-то защищаться! – вступился за друга Егор. – Он же в нас почти всю обойму разрядил, – Настя при этих словах вздрогнула. – По-твоему, нужно было лежать и не рыпаться?!

– Так он же не в нас стрелял, дурья твоя башка! – заорал Макар. – Он поверх голов стрелял! И подранил я его. Все равно бы далеко не ушел.

– А откуда мне было знать, что поверх голов? – Антон сжал виски. – Да я спросонья вообще ничего не понял.

– Спросонья не понял, но попасть – попал, – проворчал Макар.

– Да ладно вам! – Егор вскинул вверх руки. – Макар, ты же сам сказал, что этот головорез в тайгу не поохотиться пришел. И вооружен он был до зубов, и стрелять первый начал. У нас выбора другого не оставалось. Это же элементарная самооборона.

– Ментам будешь про самооборону рассказывать.

– И расскажу! – Егор хлопнул друга по плечу. – Не переживай, Антоха, я к тебе в свидетели пойду, если что. Ведь ясно же как божий день, что твоей вины здесь нет.

– Поохотились, – простонал Антон и выругался так витиевато, что Макар удивленно крякнул, а у Насти заполыхали уши. – Ну, что ты на меня пялишься, убогая?! Откуда ты только взялась на наши головы? Без тебя все так хорошо шло…

– Все, хватит, точно баба, причитать! – Макар хлопнул себя по коленям. – Что сделано, то сделано. Вы тут покудова завтрак сварганьте, а я пойду прогуляюсь.

– Ага, самое время для прогулок! – Егор бросил выразительный взгляд на труп. – С этим-то что делать будем?

– Вот когда вернусь, тогда и решим, что делать. – Макар с кряхтением встал, перекинул винтовку через плечо и, не обращая на остальных никакого внимания, углубился в тайгу.

Он ушел, и Насте сразу стало страшно. Только Макар мог защитить ее от этих двоих. Они же сейчас в таком состоянии, что вряд ли могут себя контролировать.

– Довольна? – Антон понизил голос до свистящего шепота. – Радуешься, что я по твоей милости человека пристрелил?

Настя затрясла головой, попятилась.

– Так, забирай свои манатки, и пошла вон отсюда! Чтобы через три минуты и духу твоего здесь не было!

– Померанец, успокойся. – Егор поймал его за рукав куртки. – Она никуда не пойдет.

– Почему? – спросил тот и потянулся за карабином.

– Потому что она свидетель! И убери пушку! – заорал Егор.

– Да в гробу я видал такого свидетеля! Что стала?! Пошла вон, кому сказано?!

Настя потянулась за сапогами. Да, Антон прав – с ней небезопасно. Это она во всем виновата. Сапоги так и не высохли и противно хлюпали при каждом шаге. Не важно, сейчас вообще ничто не важно. Надо уходить.