В любом случае сидеть без дела в офисе и мучить себя, переливая из пустого в порожнее, бессмысленно, и Алекса решила уйти домой.

Первое, что она услышала, войдя в квартиру, была музыка, грохотавшая в гостиной. А ей-то казалось, что они с Брайаном пришли к соглашению: в последнее время он стал включать музыку потише и оставил свои ухмылочки. Но как оказалось, это еще не все. Алекса увидела в гостиной новый велосипед и чуть не взорвалась. Одно колесо было снято и лежало на ковре. Рядом были разложены инструменты. На восточном ковре стоимостью десять тысяч долларов! Брайан изучал инструкцию и так увлекся, что не заметил ее появления.

«Спокойствие, только спокойствие, – приказала себе Алекса. – Главное, не разрушить все, что было с таким трудом построено. В конце концов, ковер можно и почистить. Наверное, миссис Радо ушла в магазин. Кот за порог – мышам раздолье».

Впрочем, Брайан не походил на мышку. Он выглядел как нормальный мальчик, внимательно изучающий инструкцию, прежде чем чинить свой велосипед.

Занятия в школе закончились два дня назад, и Алекса уговорила Брайана поехать в лагерь хотя бы на июль. Она считала, что это лучше, чем все лето торчать в городе с Джонатаном. Племянник согласился, но без восторга. И вот теперь она собралась уехать в Вермонт. Одна.

Увидев ее, Брайан вскочил и быстро выключил музыку. Затем, ни слова не говоря, принялся наводить порядок. Вид у него был испуганный, казалось, он чуть ли не в ужасе. Алекса еще не видела его таким взволнованным.

– С велосипедом что-то не в порядке? – мягко поинтересовалась она.

– Да, немного. Колесо заедало, вот я и хотел посмотреть, в чем дело.

– Понятно. А нельзя было заняться этим в своей комнате?

– Да, конечно, я уже ухожу. Простите, тетя Алекса, – пролепетал Брайан.

Племянник впервые назвал ее по имени и впервые извинился. Алекса вдруг вспомнила их бурную ссору и его упрек, что ее больше заботит квартира, чем люди в ней. К счастью, на этот раз она поставила его интересы на первое место.

Поднимаясь в спальню, чтобы переодеться, она вдруг поняла, что, с точки зрения Брайана, жизнь в ее квартире – вовсе не рай.

Алекса спустилась вниз, осмотрела гостиную и не нашла никаких следов недавнего беспорядка. Брайан ушел в свою комнату, и из-за закрытой двери не доносилось ни звука.

Поколебавшись, Алекса постучала.

– Брайан? Можно войти? Я хотела с тобой поговорить.

Мальчик открыл и настороженно взглянул на нее, держа в руке промасленную тряпку. Стараясь не обращать внимания на то, что в комнате царит невообразимый кавардак, Алекса спросила:

– Завтра я уезжаю на неделю в Вермонт. Не хочешь поехать со мной?

Брайан удивился:

– Пожалуй, я бы поехал… если можно взять велосипед.

– Не вижу причин, почему ты не можешь его взять. Но имей в виду, местность там холмистая.

Брайан буквально просиял:

– Это же здорово! Когда у велосипеда много передач, ехать очень легко. Один раз летом мы с родителями путешествовали на велосипедах по Европе. Я тогда был маленький, но все помню. Было просто классно! Мы разбивали палатку, папа учил меня разводить костер, готовить на огне еду и все такое… – Улыбка сползла с лица Брайана, и он закончил: – Но вам, наверное, это не очень понравится.

«Да, не очень. Сырая трава, летающие и ползающие насекомые… Но Брайан был бы в таком восторге». Впервые за все время он выразил желание – да еще с таким энтузиазмом – заняться чем-то вместе с ней.

«Какого черта? – подумала Алекса. – Все равно на душе муторно, ничто не радует, так почему бы не порадовать ребенка?» К тому же дом в Вермонте постоянно напоминал бы ей о Филиппе. А размышлять о будущем можно и в дороге, крутя педали велосипеда.

– Я бы с удовольствием, Брайан, но, боюсь, тебе придется быть за старшего. Последний раз я ставила палатку, наверное, в твоем возрасте.

– Здорово! Вам надо будет купить велосипед, еще нам понадобятся спальные мешки, палатка, походная печь…

Гейл была очень довольна собой. Все-таки уговорила Филиппа отправиться с ней в Гонконг, а затем в Токио! Причем сделать это оказалось гораздо легче, чем она предполагала.

Через несколько дней после возвращения из Швейцарии Филипп пришел на обед. По такому случаю Гейл позаботилась, чтобы все – капустный салат с майонезом, крабовые кексы и пирог с орехом пекан – было особенно аппетитным, как и сама хозяйка в просторной блузе-рубашке из полупрозрачного черного шифона.

После обеда они расположились в гостиной пить кофе с коньяком, и Гейл заговорила о своей последней затее – составить экспозицию восточного искусства – и упомянула, что собирается слетать на Восток.