Теперь, когда я держала письмо Лукаса в руке, даже возможность общаться с ним с помощью бумажной почты казалась чудом. Он сложил исписанные листки в открытку, но не обычную поздравительную. На ней было изображено созвездие Андромеды. Лукас наверняка купил ее в каком-нибудь музее или в планетарии. Он не забыл, как я люблю звезды.

Издалека послышался смех, и я подняла голову. Кортни и ее дружки шли по краю лужайки, хихикая и показывая пальцем на одного из новых учеников-людей. В прошлом году ей удалось меня здорово запугать, но сейчас она казалась мне не более значительной, чем назойливая муха.

Однако при виде Кортни я вспомнила, что почти все вампиры в «Вечной ночи» знают о Черном Кресте и о Лукасе. Открытка в моей руке служила доказательством того, что я общаюсь с врагом. Придется ее уничтожить, и поскорее.

К счастью, Лукас выбрал такое изображение, которое я всегда смогу увидеть сама, и никто его у меня не отнимет.

— Вот это Андромеда, — сообщила я Ракели, показав в ночное небо.

После обеда мы с ней вышли на улицу — в смысле, после настоящего ужина. Сделали в своей комнате сандвичи с тунцом. Когда Ракель ляжет спать, мне придется придумать, как глотнуть пару раз крови из термоса, который спрятан у меня в комоде. Прошел всего один день, а у меня уже возникли сложности с едой. Но я просто должна хорошенько подумать, и все будет в порядке.

— Андромеда? — Ракель прищурилась, глядя вверх. Она надела все тот же полинявший черный свитер, который чуть ли не до дыр заносила в прошлом году. — Это что-то из греческой мифологии, да? Я помню только имя.

— Священная жертва, спасена Персеем, голова Медузы, бла-бла-бла... — К нам подошел Вик, засунувший руки в карманы. — Эй, ребята, вы знакомы с моим соседом по комнате?

Я отвлеклась от звезд, глянула на фигуру рядом с Виком и вытаращила глаза.

— Ранульф?

Ранульф приподнял руку и робко помахал. Его мягкие каштановые волосы были по-прежнему подстрижены «под горшок», как и в прошлом году, а возможно, и тысячу лет назад. Современная жизнь оказалась для него слишком сложной; ему было трудно даже просто понять что-то, а уж тем более научиться этим пользоваться. И Ранульфа выбрали в соседи человеку? О чем миссис Бетани вообще думает?

— Привет, Ранульф. — Ракель не встала и не пожала ему руку, но то, что она заговорила первая, — это уже вполне дружеский поступок. — Я помню тебя по прошлому году. Ты вроде ничего. Ну, знаешь, не из этих дикарей, вроде Кортни и ее сволочного дозора.

Ранульф явно не понимал, что это значит. Немного помявшись, он просто кивнул. Ну по крайней мере научился притворяться.

— Смотрите на звезды, а? — Вик шлепнулся на траву рядом со мной. На лице его играла знакомая кривая усмешка. — Я и забыл, что ты этим увлекаешься.

— Если бы хоть раз увидел мой телескоп, в жизни бы не забыл.

— Большой? — полюбопытствовал он.

— Огромный, — с удовольствием ответила я. Своим телескопом я по-настоящему гордилась. — Жаль, что я не принесла его сюда сегодня. Небо невероятно чистое.

Вик поднял палец к небу, словно рисуя тильду.

— А это Андромеда, так? — Я кивнула. — Ты ее видишь, Ранульф?

— Картинки в небе? — уточнил Ранульф, нерешительно садясь рядом с нами.

— Да, созвездия. Хочешь, чтобы мы их тебе показали?

— Когда я смотрю на небо, я не вижу картинок, — терпеливо объяснил Ранульф. — Я вижу души тех, кто умер до нас. Они за нами все время следят.

Я напряглась, думая, что остальные сейчас начнут высмеивать Ранульфа или задавать ему вопросы, на которые он не сможет ответить. Однако Ракель просто возвела глаза к небу, а Вик медленно кивнул, будто осмысливая.

— Глубоко копаешь, старик.

Ранульфу пришлось немного помолчать, чтобы придумать подходящий ответ.

— Ты тоже глубоко, Вик.

— Спасибо, пижон. — Вик шутливо ударил Ранульфа в плечо.

Стараясь не расхохотаться, я легла на спину и стала смотреть на звезды. Миссис Бетани не выбирала Ранульфа в соседи к человеку; она выбрала Вика в соседи к вампиру. Очевидно, она понимает, что Вик не из тех, кто докапывается до мелочей, поэтому он просто не станет обращать внимания на странные привычки своего соседа по комнате.

И еще раз миссис Бетани доказала свою проницательность и то, как хорошо она знает всех нас, даже Вика. Я искренне порадовалась, что уже уничтожила открытку и письмо Лукаса. Мне хотелось бы хранить их вечно, но это слишком опасно. Кроме того, у меня остались звезды.

Я снова и снова обводила взглядом очертания Андромеды в ночном небе. Казалось, что октябрь наступит через тысячу лет; я его никогда не дождусь!

Когда первый прилив возбуждения прошел, я задалась вопросом, как мне попасть в Амхерст.

Учащимся не разрешалось оставлять свои машины на территории «Вечной ночи». Положим, у меня машины и не было, но я также не могла попросить друга подвезти меня.

— А почему нам не разрешается иметь машины? — негромко спросила я Балтазара, когда мы с ним шли на урок английского. — Многие водят машины с тех пор, как они вообще появились. Уж наверное, миссис Бетани могла бы доверить им сесть за руль.