Шрифт:
А если закон сдерживают тесные рамки?
И посему он не может дать объективную оценку способностей и правильно трактовать Неспящего или разобраться, что же произошло между ней и Ричардом. И почему нельзя убрать из жизнизависть, вечную, как генетическая структура. Многочисленные акты по правам человека, чтобы избавиться от предрассудков по отношению к биологическим группам: черных, женщин, индейцев. Но никогда прежде в Соединенных Штатах одна и та же группа не становилась одновременно объектом зависти и не порождала столько предубеждений.
Лейша опустила голову. Уже ясно, как пойдет судебный процесс. Ее показания Сандалерос преподнесет как ревность любовницы к законной жене. Ричарда смешают с грязью. Хоссак разыграет свой главный козырь – могущество Убежища. Сандалерос запретит Дженнифер выступать: ее самообладание присяжным – Спящим покажется бесчувственностью, ее желание защитить своих – нападками на внешний мир…
Но ведь так оно и есть.
Присяжные выберут что-нибудь одно: оправдать Дженнифер, поверив в мифический любовный треугольник. Или осудить ее как Неспящую, к тому же из высших эшелонов, и тогда Дженнифер ни за что не выжить в тюрьме. Убежище еще сильнее затаится – могущественный паук, плетущий электронную паутину, все больше проникающийся страхом перед Спящими, которых он редко видит, никогда не вступает в контакт, если только Неспящие не разрушат эту экономику. «Они установили над всем тайный контроль. Они работают с международными компаниями, чтобы поставить нас на колени. И они не остановятся перед убийством».
И тем самым докажут изначальную правоту Дженнифер, защищавшей своих. Словно змея, заглатывающая собственный хвост. Стремясь быть справедливым и одинаковым для всех, закон слишком многое упускает. В будущем настанет царство беззакония.
Лейшу покидала ее прежняя вера в закон, будто из комнаты выкачивали воздух. Она задыхалась, падала в холод и темноту безвоздушного пространства.
Лейша попыталась встать, но ноги не слушались. Ничего подобного раньше не случалось. Она оказалась на полу, на четвереньках, и какая-то часть ее разума сказала: «Сердечный приступ». Но сердца Неспящих не изнашиваются.
Дверь в номер открылась, но сигнализация не сработала. Лейша с трудом поднялась на ноги. В дверном проеме появилась массивная фигура, державшая в руках нечто столь же массивное. Лейша не двигалась. Ее люди оборудовали номер точно такой же системой безопасности, как в ее чикагской квартире. Кода в Коневанго никто не знал.
Если Убежище организует убийства так же хорошо, как кражи…
Незнакомец шарил в поисках выключателя.
– Зажгите свет, – четко произнесла Лейша.
Алиса мигала от яркого света. Огромный предмет оказался чемоданом.
– Лейша? Ты сидишь в темноте?
– Алиса!
– Код твоей квартиры открыл обе двери… Тебе не кажется, что его надо сменить? В холле толпа репортеров…
– Алиса! – Лейша вдруг очутилась в объятиях Алисы и зарыдала.
– Разве ты не знала, что я приеду?
Лейша замотала головой.
Алиса разжала руки, и Лейша увидела, как светится лицо сестры.
– Я знала, что сегодня будет твоя ночь. Ночь, когда ты упадешь в Дыру. Я ПОЧУВСТВОВАЛА вчера. – Она вдруг звонко рассмеялась. – Это было как озарение. За 3000 миль я поняла, что на тебя надвигается огромная беда, и приехала.
Лейша перестала рыдать.
– Сердце подсказало мне, – повторила Алиса. – Точно так же, как у других близнецов!
– Алиса…
– Не надо, Лейша.
И Лейша поняла, отчего светилось лицо Алисы. Это был триумф.
– Я знала, что нужна тебе. И вот я здесь. – Она снова обняла Лейшу, смеясь и плача. – Все будет хорошо. Ты не одна.
Лейша изо всех сил вцепилась в сестру. Она единственная вытащит ее из пустоты. Алиса, надежная, как мать – земля. Алиса, которая отныне всегда будет рядом. Алиса. Единственное, что Лейша не потеряла.
– Я знала, – прошептала Алиса. И прибавила, уже громче: – Теперь я могу уже не посылать эти треклятые цветы.
Сестры проговорили много часов, и Алису стало клонить в сон, когда раздался сигнал интеркома. Лейша выключила его: только срочный сигнал мог пройти через линию. Она повернулась к экрану. На нем вспыхивали два пароля. Неизвестно почему, линия связи принимала их одновременно.
– Это Сьюзан Меллинг. Я должна…
– Говорит Стелла Бевингтон. Я только что включила сеть. Тот…
– …немедленно поговорить с тобой. Позвони…
– …кулон, который был…
– …мне по защищенной линии…
– …найден на стоянке в гараже…
– …как только сможешь!
– …принадлежит мне!
– Мы закончили исследования, – произнесла с экрана Сьюзан. Седые волосы сальными прядями торчали из небрежного пучка, глаза горели. – Гаспар-Тьере и я. Избыточные коды Уолкота в ДНК Неспящих.
– И что же? – спросила Лейша.
– Это незащищенная линия? К чертям, пусть пресса подслушивает. Пусть Убежище подслушивает, пусть знает весь мир!