Шрифт:
На пороге стоял маленький сухонький старичок в форме посыльного.
— Телеграмма для мисс Кристиан, — сказал он, непрестанно моргая глазами.
Забирая у него конверт, Кэнди заметила, какая у него худая, хрупкая рука. Она присмотрелась к нему повнимательнее. Ей показалось, что он сейчас разрыдается.
— Что-то случилось? Вам, может быть, плохо, или…
— Да в глаз что-то попало, — объяснил он.
— В глаз что-то попало! Господи, вы его только не трите!
(Старичок как раз достал из кармана носовой платок и принялся яростно тереть глаз.)
Кэнди пришлось наклониться, чтобы посмотреть, что у него с глазом — старичок был совсем маленького росточка. Халат на ней распахнулся, а поскольку халат распахнулся буквально в нескольких дюймах от лица старичка-посыльного, его взгляд волей-неволей уперся в ее голую, сочную, юную грудь…
— Нет, смотрите вверх, — велела ему Кэнди.
— Ох, грехи мои тяжкие! — с воодушевлением выдохнул старичок, послушно глядя вверх, но при этом косясь одним слезящимся глазом на роскошную кэндину грудь.
Хотя старичок и смотрел вверх, толку от этого было мало. Он стоял спиной к свету, так что Кэнди все равно ничего не видела — что там у него в глазу. Будучи девочкой импульсивной, она схватила его за лацканы форменного пиджака, затащила в гостиную и принялась разворачивать так и этак, пытаясь найти наиболее удобное положение, чтобы свет падал прямо на пострадавший глаз.
В конце концов, Кэнди придумала сесть на диван, а старичка усадить рядом и нагнуть его, так чтобы он лег головой ей на колени.
Ей не пришлось прилагать никаких усилий — старичок был податливым, как тряпичная кукла. Когда она наклонилась над ним, ее левая грудь почти целиком вывалилась из халата и нависла над лицом старичка. Он предпринял слабую попытку ухватить ее губами, но промахнулся на пару дюймов.
Пока Кэнди сосредоточенно разглядывала его глаз и пыталась вытащить из него соринку, престарелый посыльный продолжал жадно таращиться на ее грудь и время от времени порывался ухватить ее ртом, но как-то вяло и немощно, точно тяжело больной тюлень. Наконец он замер, совсем обессиленный, и только смотрел, глотая слюну, на соблазнительную, но недоступную девичью грудку.
— Сейчас мы ее вытащим! — жизнерадостно объявила Кэнди. — Вы только лежите тихо! — Пока она ерзала на диване, усаживаясь поудобнее, халат совсем распахнулся, и наружу выглянули уже обе грудки, дерзкие и любопытные. — Не дергайтесь! — предупредила она. — Кажется, я ее вижу!
Старичок лежал тихо, как ему было велено, но когда Кэнди нагнулась над ним еще ниже, так что ее потрясающая грудь оказалась буквально в дюйме от его лица, он потерял все остатки самообладания и нырнул головой в вырез распахнутого халата.
Кэнди от неожиданности замерла и пару секунд просидела, как в ступоре, пока худенький старичок тыкался носом ей между грудей, возбужденно пыхтел и чего-то приглушенно бормотал.
— Послушайте… — проговорила она, когда до нее, наконец, дошло что происходит. — Что вы делаете?! — И она резко его оттолкнула.
Он упал на пол и так и остался лежать, слабо дергая тощими ручками-ножками, словно жук, перевернувшийся на спину. В конце концов, он поднялся на ноги и без звука направился к выходу…
Однако в дверях он помедлил, обернулся к Кэнди и выдохнул, быстро моргая глазами:
— До свидания, милая.
Кэнди дождалась, пока он не уйдет, и только потом встала с дивана, прошла в прихожую и закрыла входную дверь.
— Вот интересно, — произнесла она вслух, — а что бы сказало начальство на почте, если б они там узнали, что их посыльные… — она умолкла на полуслове, потому что увидела на полу телеграмму, о которой как-то совсем забыла. Она подняла с пола конверт, вынула телеграмму и прочитала:
ЖДУ БОЛЬНИЦЕ 10:30 УТРА ДОКТОР ДЖ. ДАНЛЭП
Ой, мамочки, подумала Кэнди, я едва успеваю одеться. Ее пробил странный озноб — в душе поселилось дурное предчувствие, от которого Кэнди, как ни старалась, никак не могла избавиться…
Пришлось взять такси, но так Кэнди хотя бы не опоздала и приехала в больницу ровно в 10:30. Она торопилась и поэтому не пошла к центральному входу, а влетела в первую же дверь — и оказалась в пустынном длинном коридоре, по обеим сторонам которого тянулись ряды одинаковых белых дверей. Кэнди решила, что если пройти по коридору, то где-нибудь обязательно должен быть офис, канцелярия или что-нибудь в этом роде, где ей подскажут, как найти доктора Данлэпа. Но на дверях не было никаких табличек, кроме табличек с номерами, и все они были похожи одна на другую, и, в конце концов, Кэнди открыла какую-то дверь наугад в надежде, что в комнате кто-нибудь будет — врач, медсестра или кто-то из персонала, кто объяснит ей, куда идти.