— Закрой глаза! — велел он. Кэнди сделала, как он сказал, и Гриндл чуть отстранился, придирчиво обозревая, что получилось в итоге.

— Хорошо! — заявил он после непродолжительного молчания. — А теперь вот что. Наше следующее упражнение связано с трансцендентностью телесных ощущений. Под моим руководством ты научишься контролировать все свои физические ощущения. Пока все понятно?

— Да, — прошептала Кэнди, не открывая глаз. Серьезный и деловитый тон Гриндла ее успокоил — это был тон учителя, ну, скажем профессора логики, — но ее все равно смущало и даже слегка раздражало, что соски у нее по-прежнему твердые и напряженные. Вот ведь маленькие паршивцы! Зла на них не хватает!

Великий Гриндл протянул руку и провел пальцами Кэнди по животу, похожему на золотистую крепкую дыньку. Девочка дернулась и издала нервный смешок.

— Спокойно, — резко проговорил Гриндл. — Ты ж не ребенок! Ты должна быть серьезной! Путь к мистическому просветлению долог и труден — многие на него вступают, но лишь единицы проходят его до конца.

Получив замечание, Кэнди тут же притихла и посерьезнела, пытаясь привести в порядок свои разбегающиеся мысли и сосредоточиться на словах учителя.

— Это так называемая «эрогенная зона», — продолжал Гриндл свои объяснения. Он взялся двумя пальцами за напряженный девичий сосок и начал легонько его пощипывать.

— Это да! — согласилась Кэнди, непроизвольно выгибаясь, хотя она очень старалась сохранять подобающую серьезность.

— Да, — глубокомысленно отозвался Гриндл, — и это тоже, — он взялся за другой сосок и принялся перекатывать его в пальцах. Кэнди беспокойно заерзала.

— И это, — Гриндл оставил в покое ее соски, которые теперь походили на две крошечные головки, что жадно тянутся вверх. Он провел руками ей по бокам, по внешней стороне бедер, потом — по внутренней, и зарылся пальцами в золотистый пушок, скрывавший восхитительную розовую мармеладку, что уже истекала сахарным соком.

— Ой, мамочки, — пролепетала Кэнди, когда Гриндл осторожно раздвинул ее нижние губки, нежные, как лепестки роз, и приоткрыл восхитительную крошечную жемчужинку, перламутрово-розовый клитор, который влажно поблескивал в трепетной готовности.

— Вот еще одна так называемая «эрогенная зона», — объявил Гриндл с презрением и слегка надавил пальцем на прелестный комочек розовой плоти.

— Еще какая! — Кэнди пыталась держать себя в руках, но уже не могла справиться с возбуждением.

Великий Гриндл принялся искусно массировать ее клитор.

— Ой, мамочки, — Кэнди била легкая дрожь, — я как-то не думала, что все будет… так.

— Да, но ты должна научиться контролировать свои чувства, — сказал Гриндл. — Если ты не владеешь своими чувствами, то у себя в доме ты не хозяин — ты как вырванный с корнем тростник, брошенный в воды случая. Скажи мне, что ты сейчас чувствуешь?

У Кэнди дрожали веки.

— Ну, мне немного щекотно, и все внутри так покалывает и дрожит, — смущенно призналась она.

— Первое, что тебе нужно сделать, — Гриндл продолжал свой массаж, — овладеть трансцендентностью ощущений, чтобы подняться над чувственным восприятием. Потом ты научишься контролировать свои чувства, и сможешь кончить в любой момент, по желанию — мгновенно достичь оргазма, без вовлечения осязательных ощущений, исключительно по моей команде.

Он убрал руку и встал на колени.

— Открой глаза, — сказал он. — Сейчас я тебе покажу, как контролировать свои чувства. Только что, исключительно силой воли, я заставил свой член напрячься и встать — как это бывает при так называемой «эрекции».

Кэнди открыла глаза и увидела, что так оно все и есть — член у Гриндла стоял торчком, и она вся покраснела и поспешно отвела взгляд.

— Нет, нет, — Гриндл повернул ее голову так, чтобы она смотрела прямо на его гордо восставший член. — Ты не должна позволять, чтобы вульгарные материальные и сексуальные ассоциации помешали тебе на пути к просветлению — тем самым ты продемонстрируешь идеальный контроль над чувствами. Я заставил его встать исключительно силой воли. Правда, похоже на так называемую эрекцию? На шестом этапе человек уже может контролировать все реакции своего тела, даже самые непроизвольные — так человек, силой своего продвинутого ума, проникает в великую тайну природы, недоступную непосвященным. Видишь, как я управляю своим членом: я не испытываю никакого чувственного желания, однако мой член стоит, как это бывает при так называемой «эрекции». Видишь?

Кэнди застенчиво кивнула, стараясь все-таки не смотреть на предмет обсуждения.

— Да. Вот потрогай, — предложил Гриндл, — и сама все поймешь.

Он взял ее руку и направил туда, куда нужно. Девочка прикоснулась к возбужденному члену. Теперь, когда она знала, как воспринимать его объективно и беспристрастно — не как проявление безудержного полового влечение, а как демонстрацию духовного роста, — ей было действительно интересно и любопытно, хотя она все же слегка смущалась, памятуя о своих прежних пугающих ассоциациях. Хотя она понимала, что это была целиком и полностью ее вина — ведь она еще только-только вступила на путь к просветлению, и в плане духовного продвижения не достигла почти ничего.