Шрифт:
«Непонятно», – сказал тот, которому понравился способ решения.
«Что ж тут непонятного? У меня больна дочь…» – «Ну и что же?» – «Она может умереть» – «Ну и что же?» – «Но ведь я отец, как я могу примириться со смертью дочери?»
«Непонятно, – сказал тот, которому понравился способ решения. – Все, что вы вычисляли, было понятно, а то, что вы говорите, невозможно понять. Разве то, что у вас умирает дочь, не естественно?»
«Но ведь вы можете ее спасти?»
«Вы имеете в виду вот это? – Он взял карандаш и набросал формулу выздоровления. – Можно решать и так. Особенно учитывая возраст вашей дочери. Но в данном случае это исключено, поскольку нарушит событийную последовательность. И кроме того, учтите несоответствие времен».
Он показал на календарь. Там было число 2096.
«Это по вашему летосчислению?» – «Нет» по вашему».
Жена моя!… Нет, не жена… Внучка моя или внучка моей внучки! Я не могу к вам вернуться. Прошло столько лет… Меня там никто не помнит… Стоит ли нарушать событийную последовательность?
Одно только меня тревожит: выздоровела ли наша дочь? Пусть она уже все равно умерла, мне очень важно, чтобы она выздоровела тогда, в детстве. Чтобы она прожила свою жизнь, пусть мгновенную по неземному времени, но по земному – долгую, по земному – полную жизнь, которую не заменит ничто – никакие вечности, никакие времена и пространства!
На Альфе Пегаса богатый животный мир, но разумом там обладает только верблюжья колючка, А верблюдов там нет, они там не водятся. Может быть, это и является причиной такого бурного развития верблюжьей колючки.
Живут они там семействами, каждый куст – большая семья, причем не родственников, а единомышленников. Это их больше сближает. Все они объединены стремлением познать истину.
Вокруг громоздятся пески, среди которых не так-то легко найди истину, но это никого не смущает, И никто не помышляет о том, чтобы сменить эти пески на более благодатную почву.
Длинный Стебель, вероятно, глава одной из семей, сказал Свену:
– Истина тем хороша, что она не лежит на поверхности. Это первый признак, который отличает ее от лжи.
Он был прав, и все семейство его закивало. Только один Зеленый Стебелек смущенно сказал:
– Мне кажется, я уже нашел истину.
– Замолчи! – одернул его Длинный Стебель. – Гость может подумать, что ты глуп. 'Разуму свойственно искать истину, а находит ее только глупость. [4]
4
Так это бывает у них, во внеземной цивилизации (Прим, редактора).
– Но я все-таки нашел, – упорствовал Зеленый Стебелек.
– Это он о Зеленой Веточке, – объяснил Свену Длинный Стебель. – Приятная веточка, ничего не скажешь, но принимать ее за истину…
– Что же делать? – смутился Стебелек. – Когда я на нее смотрю, мне ничего другого искать не хочется.
– Пока не хочется. Но пройдут годы, и ты поймешь, что истина – это яркое солнце над головой, а еще пройдут годы – и тебе станет ясно, что истина – это мягкий, теплый песок, в который хочется поглубже зарыться. И все это будет ошибка, потому что истина только в поисках истины, и другой истины нет.
Вот они до чего додумались на своей планете. Потому что, когда нет никаких занятий, кроме размышлений о смысле жизни, непременно придешь к бессмыслице.
– Вы с Земли? – спросил Свена Тонкий Стебель. – Говорят, у вас на Земле есть верблюды? Понимаете, мы здесь все верблюжьи колючки, а верблюдов у нас нет. Это очень грустное обстоятельство.
– Очень, очень грустное обстоятельство, – закивали другие тонкие стебли.
– Но они вас съедят! – воскликнул Свен, – Ведь основное, чем питаются верблюды на Земле, это ваш брат верблюжья колючка.
– Этого нам еще не хватало! – сказал Длинный Стебель. – Нет, я положительно убежден, что глупость нас погубит, как она погубила все прежние цивилизации [5] . У нас ведь не первая цивилизация, – пояснил он Свену. – Был когда-то мыслящий огонь, но он додумался до воды, и она его погубила. Потом была мыслящая вода, бурная и глубокая, но она додумалась до песка, и он ее поглотил. Теперь на этом песке выросли мы, и жили б себе разумно, стараясь ни до чего не додумываться… Так нет же, нам подавай верблюда!
5
А вот это справедливо и дли нашей цивилизации (Прим редактора)
– Может, вы нам уступите одного верблюда? – попросил Свена Тонкий Стебель.
– Да он же съест вас!
– И пусть! Раз уж мы верблюжьи колючки, нам нужен верблюд, иначе в этом нет никакого смысла.
Вот к чему приводят поиски смысла. Чистый разум, уничтожающий сам себя.
На какое-то мгновение Свен почувствовал себя верблюжьей колючкой. Без верблюда ему стало как-то нехорошо. И его потянуло на Землю, к верблюдам [6] .
6
Конечно, не только к верблюдом (прим редактора)