Шрифт:
— А что — разве много? Если время стоит — чего там его экономить?
Это сказало Тридцать Первое Ноября. А Восьмой День Недели добавил:
— Да и читать-то никто не будет. Время стоит — значит, все стоит, разве не понимаешь?
— Все стоит? И жизнь, и все остальное?
— Стоит, папаша, стоит! И тебе — прямая дорога на пенсию. Наработал свое, довольно!
— А как же библиотека?
— На кой она тебе? Плюнь, не думай!
Календарь встал, расправил свои листки.
— Ну, вот что, нечего мне тут с вами время терять. Поговорили и хватит!
— А осень, папаша? Она же не пощадит! — напомнил Двадцать Пятый Час.
— Ну и ладно!
— Ох, смотри, доведут тебя твои дни!
— Вы мои дни не судите, — рассердился Календарь. — Не вам их судить! Они у меня все при деле. А вы что? Так, в стороне? Значит, вы вроде и не существуете.
Календарь оторвал от себя листок.
— Вот, потерял с вами целый день. Возьмите себе — на память о потерянном времени.
И он зашагал по лужам. Но теперь уже в них не глядел. Календарь смотрел высоко и далеко — туда, где кончается его жизнь и начинается жизнь других календарей, которые сейчас выходят из печати.
ХУДОЖНИК
Жил на свете Художник.
Однажды, еще в детстве, он нарисовал портрет старика. Старика этого он выдумал, но на портрете старик получился совсем как живой. Маленький Художник никак не мог расстаться со своей работой: он все что-то добавлял, подмалевывал и так увлекся, что старику это надоело. Он сошел с портрета и сердито сказал:
— Довольно! Ты меня совсем замучаешь!
Маленький Художник растерялся: ему не приходилось прежде иметь дело со стариками, которые сходят со своих портретов.
— Кто вы такой? — спросил он. — Может быть, колдун?
— Нет, не то!
— Фокусник?
— Не то!
— Ага, теперь я понимаю, — догадался мальчик. — Вас, вероятно, зовут Нето. Только я, признаться, никогда не слыхал такого имени.
— На этот раз ты угадал, — сказал старик. — Меня действительно так зовут. И знаешь почему? Все, кто имеет со мной дело, считают, что я — это совсем не то, что им нужно.
— А какие у вас дела? — спросил мальчик.
— Ну, — важно ответил старик, — работы у меня достаточно. Все лучшее, что создано на земле человеком, — создано при моем участии. Когда-нибудь ты это поймешь.
И старик удалился на свой холст.
Маленький Художник теперь уже не осмеливался прикасаться к нему. Он спрятал портрет старика и вскоре о нем забыл.
Шли годы. Маленький Художник вырос и стал настоящим Художником. Его искусство признали и полюбили, его картины украшали залы лучших картинных галерей. Многие завидовали Художнику — его славе, его успеху, считали Художника счастливым человеком.
А на самом деле это было не так.
Художник был недоволен своими картинами. Они доставляли ему радость лишь тогда, когда он над ними работал. А кончалась работа — и возникали сомнения. Каждая новая картина казалась ему неудачей.
Однажды, вернувшись домой с очередной выставки своих картин, он долго не мог уснуть. Он перебирал в уме картины, и ему было досадно за людей, которые ими восхищались.
— Не то, все не то! — воскликнул Художник. И вдруг перед ним появился старик. Это был тот старик, которого Художник нарисовал в детстве.
— Здравствуй, — сказал старик, — ты меня, кажется, звал?
— Кто вы такой? — удивился Художник.
— Ты, видно, меня не узнал, — огорчился старик. — Вспомни портрет, который ты когда-то нарисовал.
— Не говорите мне о моих работах, — попросил Художник. — Ничего у меня с ними не получается, сколько ни бьюсь. И почему только всем нравятся мои картины?
— Как это всем? — возразил старик. — Мне, например, не особенно нравятся.
— Вам не нравятся мои картины?
— А что ж тут такого? Ведь тебе они тоже не нравятся.
Очень расстроил Художника этот разговор. Правда, он и раньше критически относился к своим работам, но его утешало то, что он в этих суждениях одинок и, может быть, ошибается.
Никогда еще Художник не работал так напряженно. Новые картины принесли ему еще большую славу и окончательно развеяли все сомнения.
«Если бы старик увидел эти картины, — думал он, — они бы, наверно, ему понравились».
Но старик больше не появлялся.
Прошло еще много лет.
И вот однажды Художник, уже больной и старый, роясь в своих архивах, нашел портрет старика.
«Что это за рисунок? — подумал он. — Я его совсем не помню».
— Ты меня опять не узнал, — сказал старик, сходя со своего портрета. Я все ждал, что ты меня позовешь, но ты так и не позвал. Ты, видно, вполне доволен своей работой и поэтому забыл про старика Нето, который один может помочь создать что-нибудь путное. Вот перед тобой твои картины — посмотри на них моими глазами.