Повелитель до сих пор был в церкви. Против своей воли Хелл смотрел на Черную Марго. Даже вставив стрелу в тетиву, он направил ее на горло Принцессы, цвета слоновой кости. Нет, он не мог. Он не мог спустить тетиву.

Ниже него началась суета. Хоакин Смит вышел из церкви и направился к своей белой кобыле. Теперь — время. Хелл встал на колени, надеясь, что ему удастся удержаться на покатой крыше. Осторожно он натянул тетиву.

Раздался крик. Хелла увидели и голубой луч сотряс его тело болью. Он проигнорировал боль, стиснул зубы и спустив стрелу, скатился с крыши.

Он упал на мягкую глину. Дюжина рук подхватила его и поставила на ноги. Он снова увидел Хоакина Смита на лошади, но сверкающая стрела торчала, словно плюмаж в его серебряном шлеме, а кровь, текущая по щеке, окрашивала ее в красный цвет.

Но он не был убит. Повелитель снял шлем с головы, махнул рукой группе офицеров и собственной рукой перевязал себе голову белой тканью. Затем он посмотрел на Хелла холодными серыми глазами.

— У тебя сильный лук, — сказал он.

Внезапно огонь узнавания мелькнул в его глазах.

— Я ведь пощадил твою жизнь несколько часов назад, так?

Хелл ничего не ответил.

— Почему, — продолжал Повелитель, — ты хотел убить меня, когда твой Владыка договорился со мной? Ты сейчас — часть Империи, а это — измена.

— Я не заключал с тобой мира, — буркнул Хелл.

— Это сделал твой вождь, а ты должен подчиняться.

Хелл не мог отвести взгляда от изумрудных очей Принцессы, которая смотрела на него безо всякого выражения, не считая слабой насмешки.

— Тебе нечего сказать? — спросил Хоакин Смит.

— Нечего.

Глаза Повелителя скользнули по Хеллу.

— Ты рожден в Ормистоне? — спросил он. — Как тебя зовут?

Не было нужды приносить неприятности своим друзьям.

— Нет, — сказал Хелл. — Меня зовут Хелл Тарвиш.

Завоеватель отвернулся.

— Закройте его, — холодно приказал он. — Позвольте ему сделать необходимые приготовления, какой бы религии он не поклонялся и затем — казните его.

Поверх шепота толпы Хелл услышал отчаянный крик Вейл Ормистон. Он повернулся, чтобы улыбнуться ей, и увидел, как ее схватили два человека Империи, когда она пыталась пробиться к нему.

— Мне очень жаль, — мягко сказал Хелл. — Я люблю тебя, Вейл.

Затем его поволокли по улице.

Его втолкнули в каменный подвал Хью Хельма. Дом бы очищен от всего. Без сомнения, его готовили для квартирования офицеров. Хелл стоял неподвижно и пассивно смотрел на наступающую тьму, где одинокий луч солнечного заката пробивался под дверью, за которой стояли два человека Империи.

Один из них сказал:

— Веди себя тихо, Сорняк 5 .

Говорил он с н'орлеанским акцентом.

— Давай побыстрее читай свои молитвы, или что ты там делаешь.

— Я ничего не делаю, — ответил Хелл. — Горные жители верят, что правильная жизнь лучше правильной смерти. Правильно или неправильно — это всего лишь призрак.

Охранник улыбнулся.

— Вот и ты скоро превратишься в призрака.

— Если я стану призраком, — сказал Хелл, медленно поворачиваясь к охраннику, — я прихвачу с собой еще кого-нибудь — за компанию!

Он внезапно прыгнул, ударил могучей рукой по руке охранника, в которой было оружие, толкнул одного охранника на другого и вылетел в темноту. Когда Хелл обегал дом, что-то очень сильно ударило его в голову, заставив его, в полуобморочном состоянии, прислониться к стене.

На короткое мгновение Хелл чуть не потерял сознание, но потом его мускулы пересилили боль. Он заставил себя встать на ноги и повернуться лицом к тому, что его ожидало. В дверях до сих пор грудились гвардейцы, но прямо перед ним возвышался всадник на черном жеребце и два человека по бокам от него. Всадником, естественно была Принцесса. Ее невероятные зеленые глаза светились, словно у кота в темноте, когда она засовывала в ножны короткий меч. Именно удар рукояткой меча ошеломил Хелла.

Теперь она достала короткое лучевое ружье. Хеллу пришло в голову, что он еще ни разу не слышал ее голоса, но тут Марго заговорила голосом сочным, хотя и холодным. Холодным, словно ручей зимой, покрывающийся коркой льда.

— Стой спокойно, Хелл Тарвиш, — сказала она. — Одна вспышка и твое упрямое сердце остановится навсегда.

Пришлось стоять неподвижно, опираясь спиной на стену. Хелл не сомневался, что Принцесса наверняка убьет его, если он посмеет шевельнуться. Он не сомневался, прочтя это в ее холодных глазах. Хелл внезапно вспомнил фразу, сказанную не так давно старым Эйнаром: «Сатанински красивая», так старик называл ее. Так оно и было. Ад или искусство Мартина Сейра сделали так, что мужчина не мог смотреть спокойно на фальшивую чистоту ее лица. Во всяком случае, мужчина, в жилах которого текла настоящая кровь.