— Волориаэ-э-э! — С последним словом я упала на колени, задыхаясь в пронзающих тело потоках. Вокруг озера вершилось что-то великое, меняющее мир. А я боялась открыть глаза, чтобы увидеть, что натворила. Тишина. Сила ушла. Никто не гомонит, не ходит, не трещит и не плещет.

Кто-то тихонько потянул меня за рукав. Я осторожно приоткрыла глаз. Воротник молча тянул меня в сторону зарослей, выразительно помахивая хвостом. А ведь он прав! Уметь уйти вовремя — вот в чем секрет успеха сказителя! Я быстро сунула свою арфу в мешок и поползла под прикрытием кучи дубин и копий в лес.

Свет с ней, с платой за пение! Живой бы уйти. Глянуть, что там случилось с великанами, я так и не посмела.

— Ой, — пискнул Воротник.

— Ай! — сказала я, увидев на пути преграду. Перед нами стоял Бур, и пострадавшие от жены и старейшины уши светились под солнцем зловещим рубиновым светом.

— Ну как вам песня? Понравилась?

Бур молча поднял меня на руки и зашагал к озеру.

— Да мне вообще-то пора, — доверительно сообщила я здоровяку. Потом догадалась глянуть вперед.

Под котлом уже вовсю горел огонь, и именно туда мы направлялись. Так вот как отблагодарили эльфийку изменившиеся великаны! Они ее просто сварили и слопали!

— Пусти! Укушу! Я ядовитая! — без особого успеха брыкалась я в железной хватке.

Бур торжественно поставил меня возле котла. Я выхватила Шпильку и прижалась к дереву спиной. Гиганты снова глядели на меня, молчали и ничего не делали. Ждали, пока закипит вода?

— Я хотя бы попыталась. А вообще вам был нужен эльф. Так что накопайте ям по всему лесу, прикройте ветками и проверяйте — может, за семь лет хоть один и попадется. Поняли?

Расхрабрившись, я шагнула к здоровякам, и те расступились. Но обрадоваться я не успела — навстречу шел старейшина. Я снова уткнулась спиной в древесный ствол. Белоснежно-седой гигант замер в шаге, навис надо мной. По выражению лица старейшины я совершенно ничего не могла понять.

— Ну что, что? — первой не выдержала я.

— Блгдрю, — пророкотал гигант и тяжело опустился на колени.

За ним начали опускаться другие. Вскоре я опять глядела на спины, шкуры и затылки.

— Не за что, — проворчала я, — И петь я вам больше не буду, даже не просите.

В котле рядом со мной негромко булькнула вода.

— Эй, у вас вода закипает, — обратилась я к сборищу спин и только сейчас поняла.

Старейшина со мной говорил! Они развели огонь! Получилось!

— Э-э-э, кхм, так что там об оплате за такую замечательную песню? — обратилась я к седому затылку, легонько постучав старейшину арфой по плечу.

— Спасб…

— Спсибсбо!

— Блгдрю!

— Очнь хр мт!

— Да что вы, мне просто повезло, — скромничала я, прощаясь с великанским племенем, поморщившись от слов о мытье. Речь возвращалась к ним медленно, но неуклонно.

Когда в котле закипела вода, здоровилы оказались в немалом затруднении. Котел у них был, про огонь и воду помнили, а вот что делать дальше — позабыли напрочь.

— Еда. Ням-ням. Рыба. Каша. Ам, — пыталась я объяснять внимательно слушающему Буру.

О мясе я до сих пор старалась не упоминать — сами потом разберутся, когда я буду подальше от их котла. А пока, чтобы великаны зря не маялись и не засыпали в кипяток какого-нибудь мусора, щедро поделилась отобранной у Пышкуна крупой. Каждому должно было хватить на пару ложек.

— Очень вкусно! Вы бы видели, как вчера ночью эту кашу четверо уплетали! — рассказывала я великанам, стараясь держать от себя подальше ложку с уже готовым лакомством. Хмм, оказыватеся, я уже и забыла, как странно она пахнет. Великаны осторожно пятились.

— Попробуйте! Вкуснятина! У-у-ум! — изобразила я бурный восторг на лице, потерла себя по животу, но попробовать не посмела.

— Я! — Вперед выступил Бур. Вождь должен первым встречать опасность.

— Отлично, — обрадовалась я, протягивая ложку.

Гигант наклонился, осторожно принюхался, а потом пересыпал кашу из ложки в ладонь. Я не успела возразить. Бур поднес кашу к носу.

— Нет! — вырвалось у стоящей неподалеку супруги. А великан со счастливой улыбкой растер пшено по груди.

— Хршо! — В искренности его слов нельзя было усомниться. Размахивая руками, улыбаясь и выплевывая обрывки слов, он быстро сообщил соплеменникам о восхитительном открытии — этой слизью можно мыться! Она замечательно сдирает любую грязь и отпугивает комаров и прочих кровопийцев!