— Дрэгонсбэйн? И ты здесь?

— Привет, Аркет, — ухмыльнулся махак. — И к чему эти церемонии? Меня уже никто так не называет.

— Теперь ты понимаешь, как я себя чувствую, — фыркнул Рингил.

В помещении было четверо местных с алебардами. Став свидетелями невероятного обмена любезностями между важной столичной гостьей и тремя жалкими ворами, бедняги опустили оружие и в недоумении переводили взгляды с Аркет на троицу пленных. Первым пришел в себя Ракан.

— Вы знаете этих людей, госпожа?

— Да, знаю. Кроме молодой женщины…

— Шерин Херлириг Мернас, — вставил Рингил, сопроводив представление соответствующим жестом. Женщина ничего не сказала, только молча смотрела на Аркет пустыми от усталости глазами. — И Эгар, сын Эркана, из махакского клана скаранаков, также известный в этой части света как Дрэгонсбэйн, Сокрушитель Драконов.

Ракан переменился в лице. Во всей империи не более двух десятков человек носили почетный титул Дрэгонсбэйна. Капитан гвардии Вечного трона шагнул вперед, прижал правый кулак к левому плечу и коротко поклонился махакскому воину.

— Знакомство с тобой для меня честь, — сказал он. — Я Файлех Ракан, капитан гвардии Вечного трона.

— Ракан? — Эгар нахмурился и потер ухо. — Уж не тот ли Ракан, что возглавил наступление на левом фланге при Шеншенате в сорок седьмом?

— Мне была оказана такая честь, господин.

Махак широко ухмыльнулся и покачал головой.

— В таком случае, Файлех Ракан, ты просто сумасшедший. Ничего безумнее я в жизни не видел. На сотню не найдется и одного, кто пошел бы на такой риск.

Ракан скромно потупился, но было видно — капитан польщен.

— На тысячу не найдется и одного, кто избран был бы в императорскую гвардию, — ответил он. — Я всего лишь выполнил свой долг. Трон Ихелтета вечен, жизнь, отданная служению ему, отражает эту вечность в чести. Смерть есть цена, что нам приходится порой платить, как и любой долг чести.

— Рад слышать, — подал голос Рингил. — Весьма благородно и возвышенно. На том и стой. Крепость духа тебе еще потребуется.

Ракан устремил на него холодный взгляд.

— Мы не знаем вашего имени.

— Да? Неужели? — Рингил поднял руку, прикрывая могучий зевок. — Я — Рингил из Дома Эскиатов в Трилейне. Возможно, ты и слышал обо мне.

Снова Ракан переменился в лице. Как будто стер с него все чувства.

— Да, я слышал о тебе.

Рингил кивнул.

— У Гэллоус-Гэп, конечно.

Капитан покачал головой.

— Нет. Это название мне незнакомо. Я слышал, что Рингил Эскиат — изменник, нарушитель мира в северных провинциях империи, растлитель юных и извращенец. Мужеложец.

Эгар с потемневшим от гнева лицом спрыгнул с перевернутой лодки, на которой сидел, но Рингил остановил его, взяв за локоть. Аркет облегченно вздохнула. При таком количестве оружия в комнате любая заварушка могла закончиться большой кровью.

— Занятно, — негромко и беззаботно отозвался Рингил, и только тот, кто хорошо его знал, услышал бы скрытые стальные нотки. — Ты так не думаешь, Эг? Вот что на юге пишут в книжках по истории в наши дни. Бьюсь об заклад, там сказано, что войну с чешуйчатыми империя выиграла в одиночку. И что жители Эннишмина, преисполнившись благодарности, сами покинули свои дома, предоставив их новым хозяевам.

Ракан выставил палец.

— Я не желаю тебя слушать…

— Хватит, Ракан. — Аркет встала между капитаном и остальными. — Гил, Эгар, вы сказали, что спасались от двенд. Это так?

Рингил и Эгар переглянулись. Рингил помрачнел.

— Вообще-то я не уточнял, — тихо ответил он. — Что ты знаешь о двендах, Аркиди?

Сердце понемногу замедляло бег, перестраиваясь на терпеливый, спокойный ритм, знакомый по военным годам.

— Я знаю, что они здесь. На болотах.

Рингил невесело улыбнулся.

— Это еще не все. Уже сегодня ночью они будут в Ибиксинри. Пройдут по главной комнате и покою не дадут никому.

Военный совет провели в гарнизонной казарме, подальше от посторонних глаз. Местных будоражить смысла нет, сказал Файлех Ракан. «Нет, конечно, — согласился Рингил. — Они ж детей похватают да разбегутся, собственную шкуру спасая. А такое допустить нельзя, тем более в пограничной провинции». Ракан удостоил его полным презрения взглядом, но к тому времени Рингил уже получил свой меч и драконий кинжал, сытно позавтракал и улыбался так мило, что дальше капитан пойти не решился.