Несчастные. Какая бессмысленная смерть! Знали ли они, как близко уже подошли к границе пустыни? Еще каких-нибудь шестьдесят километров — и они уже достигли бы лесной полосы. Впрочем, лучше бы, если бы не знали. Смерть всегда ужасна, но умирать, когда знаешь, что до спасения рукой подать…

Из вокса донеслось какое-то бормотание, что мгновенно вывело Джагди из состояния меланхолической задумчивости.

— Вызываю «Умбру», вызываю «Умбру». От звена «Рапторов» поступил запрос о помощи. Это срочно!

— Дайте их координаты, пожалуйста, — запросила Джагди.

Одиночная строчка данных тут же вспыхнула на ее главном мониторе.

— Данные получены, Командный Центр. Мы недалеко, всего в девяти минутах лета.

Они развернули свои машины вверх и, открыв полный газ, стали стремительно набирать высоту.

— Гони вовсю! — крикнула Джагди.

ТБП на озере Госель, 09.31

— Что, скопсы все еще досаждают тебе?

Марквол, который сидел на берегу озера, с удивлением поднял голову. Это был жрец Каутас. Легкий ветерок с озера развевал полы его широких синих одежд.

— Мне не показалось, что вас это хоть сколько-нибудь заботит! — огрызнулся Марквол.

Айятани пожал плечами:

— Я никогда не искал этой должности. Не думаю, что это то, о чем я их просил. Но такова, видно, моя судьба. Из церкви постоянно присылали напоминания, что у них есть для меня работа… по специальности. Так что вполне можешь мне доверять.

— Вы, кажется, как-то особенно веселы сегодня. — Каутас присел рядом с Маркволом:

— Иллюзия, уверяю тебя. Я все такой же зловредный сукин сын, каким был вчера.

Каутас достал металлическую флягу из глубокого кармана своих одежд и, запрокинув голову, сделал из нее большой глоток. Марквол почувствовал запах ликера. Жрец даже не подумал предложить ему алкоголь — хотя бы из вежливости.

— Эй! — удивленно воскликнул Марквол.

— «Эй» что?

— Ничего.

— До меня дошли слухи, что у тебя недавно было какое-то великое крещение, небесный мальчик.

— Меня зовут Вандер Марквол. А что касается ваших слов, то это все чушь, что бы вы там себе ни имели в виду. Кстати, я сейчас понял, почему у вас такое необычно веселое настроение.

— В самом деле?

— В самом деле.

— Ну так просвети меня, Вандер Маркен.

— Марквол. Если вы уже за завтраком начинаете принимать спиртное, то неудивительно, святой отец, что к девяти часам все видите в розовом свете.

Каутас хихикнул и сделал еще один глоток.

— Кто сказал, что я начинаю принимать спиртное за завтраком? Это привычка уже безнадежных пьяниц. Я, молодой человек, начал принимать спиртное много лет назад…

Марквол покачал головой:

— При всем уважении к вам, святой отец, я не понимаю, что вы здесь делаете.

— Ну как… Я увидел, как ты тут сидишь. Совсем один на берегу. Выглядишь ужасно. Вот я и решил подойти и разделить с тобой твое мрачное настроение. Я, знаешь ли, иногда испытываю склонность к меланхолии.

— Я имел в виду другое. Энозис… Озеро Госель.

Каутас выковырял камешек из прибрежной грязи и, широко размахнувшись, швырнул его в озеро. У него была сильная рука. Улетев очень далеко, камешек плюхнулся в маслянистую воду, вызвав рябь, которая стала кругами распространяться по всей изумрудной поверхности озера.

— Почему камень упал туда? — спросил Каутас.

— Вы его туда бросили.

— Да, но… — Он вдруг умолк. — Нет, ты прав. Я его бросил. Сейчас еще, черт возьми, слишком рано, чтобы проводить заумные философские аналогии. Или слишком поздно. Как бы то ни было, я здесь, потому что я упал именно сюда. Вообще этот вопрос я собираюсь задать Богу-Императору, когда мне, как представителю великого сонма жрецов Беати, будет наконец даровано высочайшее разрешение на право небесной аудиенции перед Золотым Троном.

— Желаю удачи.

— Удача здесь совсем ни при чем. Это вопрос веры.

— Мне не кажется, святой отец, что у вас ее слишком много. Честно говоря, вы производите впечатление… очень озлобленного человека.

— Не может быть! Как же так? Я ведь на этой базе, чтобы оказывать здесь духовную поддержку. И медицинскую помощь. Думаю, из-за последнего меня и прислали сюда. Я ведь поначалу был медиком, прежде чем стать айятани.

Марквол внимательно посмотрел на него: