Братский делёж своим накопленным имуществом с эсэсовцами был не чем иным, как щедрым финансированием нацизма.

«Как же там живут мои дорогие евреи?» — однажды задумался Мильденштайн и выпросил у Гейдриха командировку на Святую Землю. О том, как немецкие евреи героически осваивают скудную, выжженную солнцем землю Палестины, шеф Еврейского отдела рассказал в серии статей, напечатанных в геббельсовской газете «Ангрифф». Итоги командировки посчитали настолько важными, что в честь Мильденштайна выбили специальную медаль. На одной стороне медали изображалась свастика, на другой — шестиконечная звезда Давида.

Судьба Польши, государства, расположенного в самом центре Европы, полна исторических потрясений. Худо ей пришлось и в годы гитлеризма. Фюрер немецкого народа по-еврейски ненавидел спесивых шляхтичей и определил им горькую долю рабов. Не помог и фашист Пилсудский. Недаром на территории Польши немцы разместили огромные предприятия, связанные с вредным производством. В цехах этих химических заводов полякам предстояло сгинуть как народу, как нации.

Гитлер напал на Польшу 1 сентября 1939 года. Весь август ушёл у него на сложные международные маневры. Фюрер страшился получить отпор, но не от поляков, а от объединённых сил Европы.

11 августа Гитлер встретился в Берлине с Верховным комиссаром Лиги Наций Буркхардом. Фюрер потребовал:

— Я должен иметь свободу рук на Востоке. Всё, что я предпринимаю, направлено только против России.

Прежде чем скормить Польшу нацистам, посланец Лиги Наций намекнул на важность согласия британцев. Просияв, Гитлер распорядился советом гостя по-своему: в Лондон ушёл запрос о том, могут ли там принять Геринга, а в Москву — о приёме Риббентропа.

Полёт Геринга в Англию был назначен на 23 августа.

Визит носил крайне секретный характер. Англичане сами прислали за посланцем фюрера свой самолёт (почему-то окрашенный в ярко-зелёный цвет).

Внезапно Гитлер переменил своё решение, вылет Геринга задержал и отправил в Москву Риббентропа.

Вечером того же дня в Кремле состоялось подписание знаменитого пакта.

Помимо Ф. Полкеса, руководителя деятельной «Хаганы», глубокий след в крайне затуманенной истории сердечных отношений сионистов и нацистов оставил Р. Кастнер. Именно этому человеку было доверено подписать тайное соглашение между РСХА и ВСО. От имени Главного Управления Имперской Безопасности Третьего рейха документ подписал А. Эйхман. Р. Кастнер поставил свою подпись от имени Всемирной Сионистской Организации.

Сионисты не любят вспоминать об этом бесчеловечном сговоре. Тайное соглашение они квалифицируют точно так же, как и знаменитые «Протоколы сионских мудрецов»: фальшивка. И понять их в такой упорной несознанке можно: пакт Эйхман — Кастнер обрёк на смерть сотни тысяч еврейской бедноты. Нет, не вообще евреев, а именно бедных, еврейскую голь перекатную. Как уже упоминалось, богатые евреи уезжали в Америку, молодые, но бедные отправлялись осваивать Палестину, бедных же и старых загоняли в скотские вагоны и увозили в Польшу — там, на болотистых равнинах, дымили трубы гигантских заводов по производству синтетического каучука и бензина. Без этих важнейших материалов военная машина Третьего рейха остановилась бы на ходу.

Немцы, мужчины Германии, надели мундиры вермахта и взяли в руки оружие. Их места в цехах предприятий заняли рабы — независимо от расы и национальности. Рабочие руки в Третьем рейхе считались материалом стратегическим, поэтому бездумное уничтожение любого раба выглядело бы настоящим преступлением. Нет, прежде чем умереть, раб обязан был отдать все свои силы на алтарь воюющего рейха.

Истребительная акция, которую ныне называют Холокостом, коснулась не одних евреев, а всех народов завоёванной немцами Европы. Причём в самой основе холокоста лежит сугубо классовый подход: на страдания и смерть несчастных обрекала только бедность. Богатым было хорошо и при нацистах!

В мире провокации, как и во всякой другой сфере человеческой деятельности, имеются свои «герои».

Известность Романа Малиновского, крупного большевика, ничем не уступала знаменитому Евно Азефу из партии эсеров.

Странная судьба лежала за плечами «большевистского Азефа».

Царская охранка накопила колоссальный опыт по внедрению провокаторов в ряды различных политических течений. Не имелось ни одной организации, где не присутствовали бы её тайные «глаза и уши». Соблазняя «революционеров» на предательство, охранка умело действовала рублём: в этом ведомстве существовала сдельная оплата. Малиновский начал с мелочи — 25 рублей в месяц, однако вскоре добился предельной ставки — 500 рублей.

Стремительный успех Малиновского во многом объяснялся тем, что он с первых же шагов стал любимчиком Старика (Ленина). Молодой, энергичный, резкий в суждениях, уверенно разбирающийся в политических событиях, провокатор сумел мгновенно завоевать привязанность как самого Вождя, так и Крупской (особенно Крупской!). Именно таким, по мнению Ленина, должен быть передовой рабочий. Всячески выделяя его и продвигая, Ленин ввёл Малиновского в Центральный Комитет, сделал его главой так называемого Русского бюро и даже поручил ему возглавить думскую фракцию большевиков. Иными словами, провокатор сделался в партии фигурой вровень с самим Вождём!