Первые витков десять было невозможно понять, есть ли от этого всего толк. Штурман не решался давать обнадеживающих прогнозов на основании данных наблюдения в искаженном черной дырой пространстве. Потом он, наконец, осмелился осторожно отметить, что их положение не ухудшается. Еще сутки напряженной борьбы двигателей с гравитацией, а людей с перегрузкой, и даже невооруженным глазом стало заметно, что дело пошло на лад. Собственно, лишенные штатных противоперегрузочных кресел, члены команды вызывали у Даймонда чувство устойчивого сочувствия. Безучастные к происходящему, пассажиры находились, по сравнению с ними, в явно выигрышном положении.

А спиральная траектория раскручивалась, и каждый виток отдалял корабль от дыры сначала на сотни, потом на тысячи, и, наконец, на миллионы километров. Но восстановить ориентацию все еще не удавалось. Штурман мучил компьютер, первый помощник вычислял на карманном калькуляторе, а капитан напрягал зрительную память. Координаты по-прежнему оставались для всех загадкой. Привычные ориентиры не находились. Пульсары и квазары с нужными параметрами, эти вечные естественные маяки, совершенно исчезли из поля зрения, и вместо них обнаруживались другие, но не те.

На четвертые сутки, когда выяснилось, что из черной дыры они окончательно выбрались, не менее ясно стало и то, что они находятся не в своей галактике. Лоции не содержали данных, необходимых для ориентации. Просканировав телескопом всю небесную сферу и сравнив результаты с тем, что имелось в памяти корабельного инфа, не обнаружили ни одной туманности, ни одного звездного скопления, ни одной галактики, параметры которой можно было бы надежно идентифицировать. Пути домой не было.

Надо было срочно искать планету с кислородной атмосферой и обустраиваться на ней. С аппаратурой для воздухоочистки возникла напряженка. Основной комплект они отстрелили вместе с пассажирскими каютами, а того, что осталось, на всех не хватало. Пришлось приказать экипажу сохранять неподвижность и подкачать усыпляющего в отсек с пассажирами. Прежде, чем это сделать, Даймонд велел перенести в другое помещение мальчишку, что летел с олимпиады. Не стоило напрягать его юный организм лишней порцией снотворного.

Звезду подходящего спектрального класса нашли без труда, и совсем близко. Штурман провел необходимые засечки по незнакомым звездам и рассчеты траектории. Пошли. После четвертого перехода боцман неожиданно доложил, что дверь в кладовую номер семь блокирована. Мальчишка — пассажир зачем-то заперся. На вызов по переговорному устройству он ответил требованием высадить его на пригодную для жизни планету, и пригрозил, что, в противоположном случае, взорвет корабль.

Как ни странно, эта наглость не вызвала у Даймонда никакого неудовольствия. Парень, скорее всего, насочинял какой-то ерунды по поводу своего перемещения из каюты в кладовую. Может быть, посчитал себя жертвой пиратского нападения. Главное, он не сдался, а вступил в противоборство. Пусть и на основании ложных выводов, но эффективными методами. Разубедить его могли бы только другие пассажиры, будь они во вменяемом состоянии. Так что пока пришлось ответить согласием, тем более что планов это не меняло.

Особенно умилило требование о высадке на планету. Мальчуган это хорошо придумал. Чтобы планета была населена, что оставляет ему шансы добраться до людей и вернуться в свой мир. И он не требует посадки в порту, или даже поблизости от человеческого жилья, что не приперло бы воображаемых похитителей к стенке из-за риска быть обнаруженными. Наивный! Как будто корабль действительно способен взлететь с окруженной атмосферой планеты. Да он и сесть-то толком не может. Так, плюхнуться с грехом пополам, предпочтительно в воду. Это же обычный извозчик, их грузят на орбите с шаттлов. А в атмосферу стараются не загонять.

Ну да ладно, садиться все равно придется. Все спасательные средства давно отстрелены и пошли на увеличение массы черной дыры. Так что у них есть только одна попытка.

Планета земного типа у этой звезды нашлась. Вполне сносная. Как раз сейчас на ней происходила смена сезонов, и почти вся она оказалась затянута облачностью. Так что картографирование провели преимущесвенно радиолокационным методом. Тянуть с посадкой не следовало, поджимала нехватка кислорода. Выбрали местечко в умеренных широтах и Даймонд аккуратненько по плавной траектории приземлил корабль на равнинный участок суши поблизости от невысокой горной гряды, моля Бога, чтобы не угодить в болото.

Но в дело, похоже, снова вмешалась Фортуна. Едва они вынырнули из пелены облаков, стало ясно, что под ними трясина. Оставалось попытаться сесть поближе к холмам предгорий, надеясь попасть на плотный грунт.

Как только отключили двигатели, стало ясно, что грунт под ними не особенно плотен. Гондолы ходовых двигателей погрузились более, чем наполовину, превратившись в своеобразный якорь. Прежде всего, выпустили "террориста". Парень был наготове, и ушел немедленно, как только открыли наружный люк. Как он и требовал, в переходах никого не было. Глядя в спину тоненькой детской фигуре, согнувшейся под весом тяжелого ранца и катушки с проводом, Даймонд испытывал чувство облегчения оттого, что этот фрагмент приключения подходит к концу, и жалость к парню, которого ум и отвага обрекли на одиночество.

Подвернутые штанины и закатанные рукава длинной, не по росту одежды, найденной в имуществе подрывников, большие тапочки, привязанные к худым ногам — все это возбуждало сочувствие и уважение. Ох, не по возрасту этот парень предусмотрителен.

А мальчишка ритмично переставлял свои худые ноги, и катушка монотонно, метр за метром, выпускала почти невидимый отсюда провод прямо в грязь. Вот он дошел до склона холма, выбрался на сухое и затерялся в редколесье. Даймонд посмотрел на часы. Время действовать наступит через сто девять минут. Потребованные уходящим два часа бездействия он соблюдёт. А пока надо ждать. Да, и пора будить подрывников. Лучше, если разминирование проведут специалисты.