Сами глины смешивали в разных пропорциях, добавляя песку или толчёного камня нескольких видов. Собственно песок тоже готовили, промывая или прокаливая, используя, однако, не осадок со дна лотка, а как раз наоборот. Ещё соду подмешивали в состав для глазури. Дика учили на гончара, и учили добротно. "Родители" — нестарая еще, немного за тридцать, бездетная пара — уже воспитывали двух сирот, приняв их в свою семью также, как и его. Но ребятишки были ещё малы: шести лет девочка, и мальчуган двумя годами старше. Помощи в делах от них пока немного — силёнки невелики. Относился к ним дружески, вроде как, братик с сестричкой наметились.

Конечно, некоторый скепсис к своему внезапно обретённому семейному положению Дик испытывал, да и в двенадцать лет, когда мировоззрение сформировалось, а система взглядов, худо-бедно, устаканилась, трудновато ощутить в себе родственные чувства к людям, о существовании которых ещё недавно даже не подозревал. Однако сдвиги в сознании потихоньку происходили. Братишка Жак много возился с подготовкой смесей, а сестрица Микаэлка чаще всего завеивалась на баронское подворье, и путалась под ногами у тренирующихся солдат — мечтала выучиться на рыцаря. Естественно, деревянный меч у неё был самый лучший, старший братец расстарался, из очень прочного дерева вырезал в лесу с использованием струнной пилы-ножа.

Девчонка, что привела его к гончару, оказалась воспитанницей баронессы. Встречались с ней изредка то в селении, то в лесу. Звали эту оторву Клёпой, а славилась она независимым характером. Что хотела, то и делала. Куда желала, туда и шла. Чаще всего пропадала в лесу, и чем там занималась, никому не докладывала. Дик несколько раз перебросился с ней словечком-другим, так ни о чём. Друг другу они оказались абсолютно неинтересны.

Парень осваивал профессию. Компактный инф, что был у него прихвачен с собой из хозяйства подрывников, содержал уйму информации о горных породах самых разных планет. И об осадочных тоже. В нём нашлась масса сведений из геохимии. И это помогло разобраться и с составом глин, и с картиной процессов, что происходят при их подготовке и обжиге. Восприняв опыт поколений здешних ремесленников, смог понять и технологию, сформировавшуюся на основе многих веков проб и ошибок. Ничего к этому добавить не удалось. Хорошую керамику делает Па. А вот то, что у него вдруг появилось полтора помощника, быстро поправило материальное положение семьи. Не то, чтобы разбогатели, но монетка-другая на удовольствия находилась.

Первым удовольствием, которое Дик себе доставил, был лоток для промывки песка. Родничок на откосе и цепочка деревянных желобков. Водичка тонкой струйкой бежит сверху вниз, а братишка Жак совочком подсыпает песок в верхнюю часть системы. Как перекидал ведро, зовёт Дика или Па. Вода отводится в сторону, а из каждого участка промывочной системы высыпается своя фракция. Тяжелая работа с деревянным тазиком превратилась в детскую игру. Да и дело пошло веселее. А всего-то посмотрел на картинку из статьи, посвящённой старинным методам работы рудокопов и золотодобытчиков. В результате мелкая илистая муть удаляется потоком, в среднем лотке копится то, что надо, а в верхнем оседает тяжёлая фракция, для использования в глазировочной смеси негодная.

Следующая затея — с обжиговой печью. Печам вообще немало страниц посвящено в материалах по работам с полезными ископаемыми. Собственно, изменения в конструкции невелики, но нужен поддув. Заказать у шорника мех — это недолго, а вот кто потом качать его будет? Всё-таки хорошо, что в этих местах много ручейков — местность гористая. Соорудить рычажный механизм на манер водяных часов оказалось несложно. А потом проделали в нужных местах печки каналы, сложили из кирпича дополнительный экран, топочную часть переделали, и дров для обжига стало потребляться на треть меньше. За топливом-то приходится ездить за несколько километров. То, что дутьё состоит из коротких вдохов и длинных выдохов — не беда.

Собственно, эти два усовершенствования, да небольшой ремонт в доме, своевременно убранный огород, и в зиму семейство вошло с самыми радужными перспективами: огромные поленницы, полный погреб овощей, груды сырья, подготовленного для лепки посуды. Меховушки на зиму есть у всех. А Дик с удовлетворением отметил, что устроился он здесь весьма недурственно. И стол, и дом, и дружелюбное окружение. Скучать тоже не дают. Отсутствие развлечений, привычных ему по большому индустриальному миру, не волновало. Можно ли было предположить, что делать из коры игрушечный доспех для сестрёнки так увлекательно! Или колдовать с Жаком над рецептурой стекла? А формовать заковыристые соусники по эскизам неугомонной Клёпы, это вам не прохождение очередного уровня какой-нибудь забубенной игры, тут подумать надо и об усадке, и о возможном растрескивании при обжиге, да и о том, какие цвета всё это приобретёт под слоем глазури.

В школу Дик сходил всего один раз. Буквы здесь применяются те же, что и на Земле, и в слова они складываются так же. А арифметика — она всюду арифметика. Больше ничему в этом храме просвещения научиться было нельзя. Говорят, что у барона богатая библиотека, не менее дюжины книг. Но сын гончара — не тот человек, для которого она собиралась. Да он и не выражал желания ознакомиться с сокровищницей тутошних знаний.

А вот дома у мальчика — масса интересных дел. Зимой, когда не нужно каждый день гонять несколько километров за дровами, или хлопотать на грядках, времени заметно больше, поэтому можно позволить себе проверить некоторые положения статей, прочитанных на справочном инфе подрывников. Самую тяжелую фракцию песка, которая, после промывки в лотках, в гончарное дело надёжно не годилась, он хорошенько рассмотрел в увеличительное стекло. Не здешнее, а прихваченное с корабля. И увидел, что многие песчинки имеют подозрительно металлический блеск. Бросился на поиски магнита, а вот и не тут-то было. И с собой не прихватил, и в хозяйстве ничего подобного не нашлось.

Заглянул к кузнецу, потолковал, да и получил от него кусок железной полоски, к которой хорошо прилипала всякая металлическая мелочь. Кусочек тонкой тщательно выделанной кожи, часок кропотливой работы, и в его распоряжении горсточка магнитного железняка. Или гематита. Не так-то просто их различить при нулевом геологическом опыте, когда перед тобой не кусок камня, а песок. Понятное дело, растёр его в пудру в ступке, смешал с растёртым же древесным углем. Тут важнее всего было правильно рассчитать пропорцию. Потом засыпал в тигелёк из огнеупорной глины, накрыл крышечкой, и на угли, под струю воздуха из меха. Получившаяся лепёшечка была представлена на суд тому же кузнецу. Железо как железо.