— Еще один отряд мертвецов, — спокойно произнесла Матген, наблюдая за великанами, меньший из которых был величиной с телегу, а самый высокий поднимал маленькую уродливую голову выше деревьев, растущих по краям долины. — Похоже, некромантия — любимое развлечение Мардука. Он явно преуспел в сей темной науке: вызвать из толщ земли прежних властителей нашего мира куда сложнее, чем отворить могилы нынешних покойников.

— Прежних властителей? — удивленно переспросил Конн.

— Миллионы лет назад, еще до всех известных нам Великих Катастроф, эти твари населяли землю и были самыми сильными существами среди прочих творений Митры. Они давно вымерли, хотя некоторые ошибочно принимают драконов за их прямых потомков. Останки ящеров иногда находят в твердых пластах, и, видимо, Мардук смог восстановить их прежний облик по костям, доставленным в Железный Замок его адептами.

— Эти твари просто растопчут наше войско, — заметил король.

— Не успеют. Сейчас должен появиться Да Дерг.

Трижды прокричал рожок, цепь лучников рассыпалась, и на поле выехала странная колесница. Более всего она напоминала панцирь черепахи, снабженный четырьмя колесами, и двигалась совершенно самостоятельно.

— Внутри прикованы два тролля, — пояснила Матген, — они вращают передачу, связанную с колесами, и повозка таким образом движется.

Ящеры уже достигли середины поля. Колесница замерла всего в трех бросках копья от первых чудовищ. Казалось — еще немного, и огромные лапы обрушатся на нее, чтобы расплющить, как скорлупу яйца.

— Почему он медлит? — тревожно спросил Конн.

— Так задумано, — откликнулась королева. — Ящеры недоверчивы: они готовы растоптать живое существо, но обойдут незнакомый предмет.

И точно: несколько чудовищ, наткнувшись на колесницу, принялись осторожно ее обнюхивать. Остальные продолжали двигаться вперед, охватывая повозку полукольцом.

— Пора, — негромко сказала Матген.

В тот же миг из-под панциря ударил зеленый луч. Ближние ящеры, перерезанные пополам, с ревом рухнули на землю, заливая траву потоками темной крови. Остальные шарахнулись, оглашая воздух рычанием, клекотом, писком и тоскливым воем… Луч описал дугу, разя чудовищ, легко расчленяя гигантские тела, словно горячий нбж — куски воска. Сильно запахло горелым мясом.

Сшибая друг друга и топча раненых, ящеры ринулись обратно, под защиту спасительного темного облака у подножия холма, на котором все так же неподвижно стоял их повелитель.

Сверху панциря откинулась крышка, Да Дерг выбрался наружу, победно размахивая рукоятью с двумя зелеными камнями на крестовине. Он сразил убегавших чудовищ волшебным зеленым клинком, повергнув наземь остатки темного воинства.

Горы дымящийся плоти покрывали долину. Лишь один ящер, огромный, как киммерийский курган, тупо брел вперед, волоча шипастый хвост и вытягивая длинную шею, на которой сидела маленькая пучеглазая головка. Зеленый луч полоснул по горлу чудовища, голова упала в траву, но огромная туша продолжала двигаться, медленно переступая ногами — колоннами. Да Дерг снова взмахнул небесным мечом, собираясь перерезать тело гиганта… Лишь слабое свечение образовалось возле крестовины: оружие ямбаллахов исчерпало свою силу.

Безголовый ящер почти достиг первых рядов фаллийцев, когда ноги его подкосились, и туша завалилась набок, встряхнув землю так, словно обрушилась крепостная башня.

— Ариман мыслит верно, — сказала королева, — он посылает вперед созданий пусть и неуклюжих, но требующих для своего уничтожения много энергии. Чтобы ее восполнить, у нас не будет времени. Осторожно, Да Дерг, воздух!

Последние слова она произнесла все так же негромко, но воин на колеснице сразу поднял голову и посмотрел вверх. Там, в лазоревой вышине, нарастал шум множества крыльев. Из темного облака вынырнули и понеслись над полем уродливые летуны, разом похожие на птиц, летучих мышей и огромных насекомых. Длинные зубастые клювы со свистом рассекали воздух, перепончатые крылья гребли, как весла, а задние части тел, похожие на брюшки ос, были опущены, и на концах, подобные хищным жалам, виднелись яркие набухающие капли.

— Птекары, — Матген тревожно следила за приближением летучего воинства, — создания фоморов. Одноногие управляют летунами из Железного Замка.

Огненная капля первого птекара сорвалась и полетела вниз. Возле колесницы Да Дерга взметнулся сноп пламени, земля почернела. Король фаллийцев нырнул под защиту крепкого панциря, и повозка задом покатилась обратно к позициям лучников. Тролли старались вовсю: колеса прыгали по кочкам, вырывая пучки травы. Еще один птекар метнул огненный снаряд, но тоже промахнулся.

Позади холма Фемен возникло негромкое гудение. Воины четырех королевств подняли головы, с восторгом наблюдая за летучим кораблем ямбаллахов, поднимавшимся в сверкании окружавших его колец.

— Надеюсь, юный ругорум не подведет, — улыбнулась Матген.

По краям серебристого веретена вспухли и разгорелись два огненных шара. Летучий челн, слегка покачиваясь, висел над холмом: видимо, Аскилта прицеливался…

Первым же выстрелом он накрыл семь птекаров. Огненные шары, достигнув цели, лопались, образуя фонтан пламени, и каждая капля поджигала крылья уродливых летунов, словно они были из рисовой бумаги. Лишенные опоры в воздухе, птекары падали, разбиваясь на мелкие обломки.

Ликующие крики огласили поле Маг Туиред: фаллийцы подбрасывали шлемы, щиты и копья, бурно выражая свое одобрение ловкости небесного кормчего.

Дукарий Аскилта Эвмолп был великолепен. Он бросил летучий челн высоко вверх, описал широкую петлю и ринулся на птекаров, как коршун на цыплят. Несколько летунов фоморов зависли в воздухе, судорожно работая крыльями: брюшки их изогнулись вперед, стараясь поймать цель… Поздно — огненные шары накрыли остатки фоморского воинства, разметав птекаров по всему полю.