— Пошел, да и все, — сказал он, наконец остановившись, и сел на пол. — В тот миг мне это показалось хорошей мыслью.

Рассказывать о темноте и о холоде он так и не стал.

— Верю, — отозвался Карл. — Такое впечатление, что эта старая грымза живет тут вечно. Нетрудно понять, почему ты решил, что она…

— Я не говорил, что она кого-то убила! — огрызнулся Кейт. — Я просто… Черт, да не знаю я! Просто пошел, и все.

Он уже соображал: утром первым делом нужно взять у Мойры машину, отвезти мальчишек к дому Герман, показать им, где она живет, и только потом свернуть им шеи.

Карл осушил свой бокал и поставил его на пол.

— Давай поговорим о Стэне.

— О чем говорить-то? Мы с ним несколько раз вместе выпивали, и в основном я выслушивал его военные байки, нот и все.

Похоже, Эндрюса это разочаровало.

— И он никогда не рассказывал о школе?

Кейт помотал головой, потом вспомнил:

— Ну, разве пару слов. Если день был неудачный, он жаловался на это, а больше ничего. — Он глянул вверх. — Господи, Карл, ты же не думаешь… — Он нервно засмеялся. — Да нет, конечно. Не думаю, что они до такой степени гадкие.

Эндрюс прищурился:

— Ты не видел Стэна. И ребенка того не видел.

— Так плохо?

— Еще хуже. Сперва я решил, что у нас появились дикие псы. Они были просто изодраны в клочки. Не целиком. А так… местами.

Кейт разглядывал свои руки.

— Может, бешеные? Тогда они не едят, даже если голодны. Ты мог бы…

— Мы уже. Прочесали это чертово место вдоль и поперек.

— Газеты об этом молчат.

— Газеты читают туристы.

Они помолчали. Кейт подергал себя за ухо.

— И что ты думаешь?

— Если б я знал, не сидел бы тут.

Они поговорили еще немного, но так ни к чему и не пришли. Потом Эндрюс поблагодарил за выпивку и ушел, оставив Кейта сидеть на полу. В конечном итоге тот пришел к выводу, что должен осмотреть еще и школьный подвал. Он не очень понимал зачем, но точно знал, что должен, иначе просто перестанет спать.

На следующее утро Кейт подошел к Боначеку, вооружившись наметками о статье, которую обдумывал по дороге. Директор вежливо отказал.

— Но там все архивы! — мягко возразил Кейт. — Я имею в виду, они просто бесценны.

— Я понимаю, — ответил директор, — но боюсь, что у меня связаны руки. Это собственность совета школы. Вам придется заполнить формуляр с просьбой. У них собрание через две недели.

Кейт пожал плечами и ушел. Некоторое время он стоял в коридоре, злясь на бюрократов, засевших даже в деревенских школах, потом осмотрелся, убедился, что за ним никто не подглядывает, и торопливо пошел обратно. Лестница вела вниз, к задним двойным дверям. Резкий поворот направо, и вот еще одна лестница, ведущая к двери из толстых досок, запертой на висячий замок и засов. И хотя Кейт не был специалистом, он, глянув, понял, что и засов, и замок используются довольно часто.

Кто-то, думал Кейт, откровенно врет, но когда он сказал об этом Джейн, встретив ее перед ланчем, она повернулась к нему, нахмурилась и посоветовала заниматься своими делами.

— Ты просто рехнулся, — говорила она, торопясь выйти из здания школы. Кейт трусил рядом. — Там, внизу, нет ничего, кроме пыли!

— Значит, никому и вреда не будет, — мягко сказал он, взяв ее за руку. — Ну давай, Джейн. Ты же знаешь, где Чеки хранит ключи. Навешай лапши на уши. Я буду ждать твоего звонка после уроков.

Кейт поцеловал ее в щеку раньше, чем она успела отшатнуться, почти бегом отправился домой и едва не столкнулся с Мойрой, стоявшей у двери. Блузка ее была расстегнута до середины груди, солнечных очков на носу нет, джинсы такие обтягивающие, что невольно вводят в соблазн. Мойра, мужа которой он не видел больше двух лет. Тень за окном, всегда прикрытая дверь. Когда бы Кейта ни приглашали к ним на ланч или обед, муж был в отъезде. Кроме того, Кейт всегда немного удивлялся, почему мальчики называют его дядей.

«Мойра. Джейн. Да ты распутник, братец», — подумал Кейт, толкнув дверь, но не входя в дом.

— Что, опять дети? — спросил он.

Мойра покачала головой:

— Джейн. Я за нее беспокоюсь.

— Серьезно?

К его руке прикоснулся палец, прохладный и требовательный. Стоять рядом с Мойрой — все равно что полеживать в тенечке, и Кейту не потребовалось много времени, чтобы решить, что ее муж — болван, а болваны заслуживают, чтобы их водили за нос.

— Ты с ней сегодня виделся?