– Лили, - подняла она к нему заплаканные глаза, улыбаясь сквозь слезы.

– Лили, - повторил он, но уже не так отстраненно прозвучал его голос, как в первый раз. Она смотрела на него так, словно знала. Да она и не могла не знать, потому что все люди шарахались от него, а эта обнимала.
– Ты знала капхов?
– Тихо спросил он.

– Да, - моргнула она глазами.
– Саргатанас тоже жив, - прошептала она, не выпуская его мех из рук, - он в подземельях, с ним все в порядке.

– Откуда ты знаешь?
– поразился демон, и глаза его засветились голубым.

– Я так люблю, когда они голубые, - произнесла она, глядя на него с такой любовью, что глаза его оттенились розовым.

– Если ты уже закончила обнимать моего демона, может, присядешь?
– произнес Аба за ее спиной, и повернувшись к нему с извиняющимся видом, Лили опустилась в указанное ей кресло.

Ник прохаживался по комнате туда и обратно, не очень представляя, с чего начать разговор, потому что она совершенно выбила его из колеи своим поведением.

– Небирос, ты свободен, - на очередном повороте произнес он.
– И если встретишь где-нибудь этого бездельника, Самаэля, скажи, чтобы зашел ко мне.

Небирос поклонился и исчез в дверях. Они остались одни.

– Что это был за спектакль?
– спросил он, присаживаясь на край стола перед ней. Лицо его стало совершенно серьезным, он больше не намерен был играть ни в чьи игры.
– Я хочу знать правду, - глаза его сверкнули мрачным огнем. А Лили хотелось накрыть его губы своими и заставить говорить совершенно другие вещи. Пиджак он снял, а рукав его футболки был разорван, и из-под ткани проступали точеные мышцы. Она скучала по нему во всех смыслах.

– Ты хочешь меня отдать светлым, - произнесла она, восстанавливая в своей памяти ход давних событий.

– Верно, ты проницательна, - согласился он, - но прежде, я хотел бы все-таки знать, как ты пробила брешь в моих слоях и зачем устроила весь этот последний цирк.

Его колени стояли по сторонам от ее ног, словно поймав ее в ловушку. Лили так бесконечно тянуло к нему, что, казалось, кресло под ней не выдержит и подъедет к нему.

– Прекрати, - сказал он спокойно: очевидно, напряжение было ощутимо даже в воздухе.

– Прости, - смутилась она, опуская глаза.

– Ты ответишь на мои вопросы?

Она молча покачала головой. Ей незачем было отвечать. Что бы она ни сказала, это ничего не изменит, а ей нужно было не допустить повторения истории, она не должна была остаться с ним.

– Я могу подумать о том, чего ты хочешь, если ответишь, - произнес он, дотрагиваясь до ее плеча. Лили вздрогнула - он играл с ней, вот подонок. Он никогда не стал бы ничего давать девушке со слоев, но ему хотелось узнать правду, поэтому он готов был пустить в ход весь свой арсенал хитрости, обольщения и обещаний.

– Ты не станешь, - покачала головой Лили, - скоро придет Уриэль, и ты отдашь меня им.

– Не будь в этом так уж уверена, - огонь в его глазах стал ледяным. Ему никогда не нравилось, когда кто-то осмеливался указывать, как ему поступить, а ее слова слишком уж напоминали указания.

– Я не нужна тебе, - мягко произнесла она, и добавила: - я - ошибка, - сказала правду для того, чтобы он не передумал, и не поступил иначе только лишь наперекор ей.

– Что это значит?
– зеленый глаз светился интересом, в то время, как голубой сохранял свое холодное сияние.

– Что я замешкалась у жерновов судьбы перед тем, как родиться, и с тех пор все пошло наперекосяк.

Он задумался и уставился сквозь нее в пространство.

– Это возможно, - наконец, произнес он после некоторого молчания.
– Но откуда ты знаешь это? Откуда ты вообще столько всего знаешь?
– Лили хотела ему ответить, но он остановил ее.
– И не говори, что ты ошибка - это не объясняет того, о чем я спросил.

Лили молчала.

– Ты хотя бы приблизительно представляешь, что я могу сделать с тобой, если не получу интересующие меня ответы?
– спросил он.

– Ты никогда не причинял мне зла.
– Ее глаза смотрели на него в упор, и в них проявилась упрямая сила воли. Ник в очередной раз поразился и понял, что и это она умело прятала до этой секунды. Она опустила глаза и заговорила:

– Я была всем: воином, жертвой, взрослой, ребенком, живой, мертвой... Но моя история здесь окончена. Я действительно ошибка, это и есть причина.

Он не стал спорить и обошел вокруг нее.

– Скажи мне, Лили, ты хотела бы остаться?

– Нет, - слишком поспешно ответила она, одновременно вздрогнув.