Я смотрела на его палец. Зрение полностью восстановилось, никаких пятен перед глазами не плавало.

— Я уже поняла, что попала в больницу, но мне неясно, почему я вся в проводах? И что у меня с голосом?

— Смотрим — смотрим, не отвлекаемся. — Доктор Холкомб продолжал светить фонариком мне в глаза, пока я следила за его пальцем.

— А сейчас постарайся сжать мою руку, — проговорила доктор Хиггинс.

Я сжала ее руку.

— Сколько я пропустила? — Поскольку от плачущих родителей все равно толку не было, пришлось обращаться к докторам, которых я видела впервые в жизни. Я хожу на предметы, экзамены по которым могут быть засчитаны при поступлении в институт. Стоит хоть немного пропустить, потом не нагонишь. — И что у меня с голосом?

— Всему свое время, Эмерсон, — ответил доктор Холкомб, выключая фонарик.

— Можно просто Эм, — вставила я.

— Вот и хорошо, — улыбнулся он. — А теперь надо еще немножечко поспать. С твоими родителями, как видишь, все в порядке. — Обернувшись на родителей, доктор Холкомб увидел их заплаканные лица, и ему стало неловко. — По крайней мере, скоро будет. Пойми, они за тебя очень волновались. Теперь они видят, что ты выздоравливаешь, и им легче. Ну вот. Поспишь немного?

Меня и правда тянуло в сон, только мысль о школе не давала покоя. Доктор Холкомб может говорить что угодно, но я — то знаю, что копится гора домашней работы. Кстати, на вопрос про мой голос никто почему-то не ответил. Темноволосая докторша начала колдовать над капельницей, и, почувствовав, что засыпаю, я закрыла глаза.

Я проснулась ночью. Рядом с кроватью сидел неописуемой красоты молодой человек.

— Привет, вот ты и проснулась, — с улыбкой произнес он, заметив мой удивленный взгляд.

Теперь я знала, что почувствую, когда дойду до шестидесятого уровня в «Джорниквесте». Даже дыхание перехватило. Какое-то устройство в изголовье кровати стало пронзительно пищать в такт с сумасшедшим ритмом моего сердца.

— Ох, — встревожился незнакомец, — я что-то задел?

— Нет, все в порядке, — успокоила я. Все-таки непонятный у меня голос. Хотя какая разница? Парень все равно не настоящий. Явно галлюцинация. Надо расслабиться и просто наслаждаться процессом.

Слава богу, устройство в изголовье кровати вернулось к обычному тихому и редкому попискиванию.

Юноша держал в руках огромный букет алых роз. От одного вида такого красавчика можно выздороветь, так он еще и цветы приволок!

— Это мне?

— Ах да! — Молодой человек посмотрел на цветы, как будто только что о них вспомнил, и положил букет на край постели. — Конечно, тебе. Помнишь меня? Габриель Луна. Мы виделись в день открытия гипермаркета «Старк», в прошлом месяце.

Ни малейшего понятия, о чем идет речь, хотя что-то связанное с гипермаркетом «Старк» смутно колыхалось в памяти. Где-то я уже видела эти темные волосы и пронзительно синие глаза. Впрочем, его имя мне ни о чем не говорило. Потрясающий парень навестил меня в больнице. Невероятно. И принес цветы. Это уж совсем из области фантастики!

— Конечно, помню, — не моргнув глазом, соврала я.

— Отлично, — заулыбался Габриель. На этот раз, слава богу, мой пульс не зашкалил. Я почувствовала, как щемит сердце. Совсем чуть-чуть. Вот если бы передо мной стоял Кристофер… — Честно говоря, я сомневался, что ты меня узнаешь после того кошмара.

О чем он? Непонятно. Я загадочно засмеялась в ответ и протянула руку к шелковистым лепесткам роз. А увидев свою руку, остолбенела… Это была не моя рука. То есть, по идее, моя. Она росла из моего предплечья. Только выглядела как-то странно. Вместо привычных обгрызенных ногтей (увы, у меня жуткая привычка грызть ногти) я увидела чужеродный отросток (иначе не назовешь!) с безупречным французским маникюром на ногтях. Что это?! Вроде бы пальцы стали тоньше. Интересно, а пальцы могут похудеть? Наверное, да, если долго валяться без сознания. Сколько же я была в отключке в таком случае? Потом я догадалась: скорее всего, Фрида приклеила мне искусственные ногти. Она давно порывалась это сделать.

Тут я осознала, что Габриель уже некоторое время что-то говорит:

— …хорошо выглядишь. Про тебя ходят разные слухи. Я был готов ко всему, когда шел сюда. Тут все держат в строжайшем секрете, посторонних на твой этаж не пускают. Пришлось пробираться тайком.

Он втихаря проник на мой этаж? Боже, какая прелесть!

— Как самочувствие?

— Нормально, — ответила я. — Только спать все время хочу.

— Отдыхай, тебе нужно восстановить силы, — забеспокоился Габриель. — Прости, что разбудил.