— Лулу! — Мой голос тонул в жутком грохоте музыки. — Я поехала домой. Если хочешь, оставайся, я просто хотела тебя предупредить, что уезжаю.

Лулу остановилась, изумленно глядя на меня.

— Нет уж, — закачала она своим начесом. — Мы никогда не уходим друг без друга. Если ты уходишь — я тоже. Погоди, только Джастину скажу.

— По-моему, Джастин сейчас немного не в духе, — проорала я.

— Опять приставал? — тут же догадалась Лулу.

— Ты знала? — Теперь настала моя очередь удивляться.

Лулу закатила свои огромные глаза:

— Спрашиваешь! Никки никогда не могла отказать парню, если он начинал ее целовать. Но я, честно говоря, надеялась, что первую проблему устранило переселение душ.

— Я ему отказала, — призналась я, — и теперь он бесится.

Как-то неловко было откровенничать с Лулу посреди танцпола, особенно учитывая, что к нам приближался какой-то парень, весь в золотых цепях и широченных штанах.

— Ты случайно не Никки Ховард? — спросил он.

— Нет, — отрезала я и снова повернулась к Лулу. — Так ты знала с самого начала?

— Подозревала, — ответила Лулу, пожав плечами. — Ты только не подумай, что у нас с Джастином серьезно. После каждой его интрижки мне всегда обламывалась какая-нибудь приятная мелочь. А как ты из Парижа вернулась, подарки прямо градом посыпались.

— Прости, если можешь, — искренне проговорила я, фактически извиняясь за Никки. Мне было ужасно стыдно. А ведь когда Никки предавала свою подругу Лулу, я еще не имела к ней ни малейшего отношения.

— А по-моему, Никки Ховард, — не отставал парень в штанах. — Черт, подруга! Я тебя сейчас съем!

Он вихлял бедрами около моих ног. Я уперлась ему в грудь рукой и со всей силы отпихнула от себя.

— Да ладно, не парься, — продолжила наш диалог Лулу, невозмутимо переступая через незадачливого поклонника, распростертого на полу. — Ты все равно ничего не можешь с собой поделать. От поцелуев тебе сносит крышу. Кстати, надо сказать Брендону, что мы уходим… А вот и он. Его надо срочно оттуда уводить.

Посмотрев, куда показывала Лулу, я обнаружила Брендона рядом с музыкальным пультом. Он что-то ожесточенно доказывал диджею.

— Попробую, — бросила я, заторопившись к Брендону.

Вскоре я услышала его голос:

— Каждый раз, когда я тебя прошу поставить мою песню, ты отказываешь. Что за дела?

Диджей ответил с невозмутимой прямолинейностью:

— Потому что твои песни — полное дерьмо. Брендон замахнулся, и я едва успела перехватить его руку, повиснув на ней все тяжестью своего тела.

— Ты чего? — возмутился Брендон. Количество выпитого заметно ухудшило его дикцию. — Слышала, что он мелет? Сейчас я из него всю душу вытрясу!

— Успокойся. Нам пора уходить.

— Никуда я не пойду, — Брендон попытался стряхнуть меня с руки, — пока не убью его.

— Не смей. — Я с трудом удерживала его на месте. — Брендон, остановись! Мы уходим. Водитель ждет.

— Отлично, — прорычал Брендон и подался вперед, волоча меня за собой. — Только прибью этого ублюдка и приду.

Его срочно нужно было как-то отвлечь, а в голову, как назло, ничего не приходило. В полном отчаянии я ухватилась свободной рукой за шею Брендона и прижала свои губы к его. Как я и рассчитывала, Брендон был не настолько пьян, чтобы не среагировать. В порыве страсти он тут же выкинул из головы свою ненависть к диджею, а я чуть не забыла, что затеяла этот поцелуй исключительно ради предотвращения драки…

Вдруг откуда-то сзади послышалось деликатное покашливание. Отодвинувшись от Брендона, я увидела стоящего рядом Габриеля, который смотрел на нас с озадаченным видом. В руках он держал диск.

— Ой, привет! — Я все еще висела в воздухе в объятиях Брендона. Слава богу, ему не пришло в голову перебрасывать меня через плечо, как тогда ночью, во время похищения.

— Привет, — ответил Габриель. — У тебя все в порядке?

— Все нормально, — как можно более непринужденно произнесла я. — Мы уже уходим. Брендон, опусти меня, пожалуйста.

— Спешу и падаю, — мрачно произнес Брендон, испепеляя Габриеля взглядом. Скорее всего, он узнал Луну по тому нечеткому снимку, где нас засняли на зеленом скутере. Эту фотографию накануне показывали в новостях.